Книга Радуга на запястье, страница 177 – Юлия Фирсанова

А что Кире явно по вкусу странный жнец, так это всего лишь мимолетное увлечение. Ничего серьезного. Влюбленной до одури девушка не выглядит. И не его это дело, чем занимается але Мрайс в свободное от командной работы время. Ведь так? Вон пусть паладин целомудрие своей опекаемой девицы блюдет, у него хорошо получается, когда не нужно. Рука тяжелая. На лице синяк давно не виден, а кожа болеть начинает, стоит только на Трауля глянуть. М-да, понятие фантомных болей обрису было чуждо в теории, но практической стороной его он проникся в полной мере и повторять материал «для закрепления» категорически не желал.

— Будете теперь искать эту даму, спровоцировавшую горсть проблем, или передадите заботу стражам? – заинтересовался Дейгон стандартной процедурой восстановления законности, порядка и наказания виновных, не подлежащих свиданию с мечом жнеца.

— Как решит руководство университета Основ Мироздания, – дал информацию о правилах Альрау. – Университет – автономная структура, законы Ильреона соблюдаются лишь в рамках регламентов внешней деятельности. Таково соглашение с Храмом Воплощенных в Кристаллах Могуществ.

— Хм, но речь идет не о самих студентах, а о родственнице, – сразу запутался в юридических тонкостях Дейгон.

— Зато основная проблема – дипломные работы – вопрос исключительно университета, – сразу выявил главное Мелвин, только что десертную ложечку многозначительно вверх не воздел. Паладин и Альрау подтвердили его мысль согласными жестами.

Жнец явно почувствовал себя крайне далеким от такой своеобразной трактовки законов, понимаемой всеми присутствующими, кроме него самого.

Кира, сидевшая по правую руку от гостя, украдкой погладила его по запястью и беспечно предложила:

— Не ломай голову. Жнецы созданы великим Творцом из особого теста по уникальному проекту. Ты не можешь, да и не должен реагировать на ситуацию так, как другие. Углубленный самоанализ и душеные терзания возвышают, но для тебя этот вариант приведет лишь к снижению эффективности. Понимание правильности у тебя прописано в подсознании.

— Что значит отличница! – похвалил подругу Мелвин. – Я так внимательно лекции по Структуре Мироздания и живым воплощениям воли Творца не слушал. У меня от них голова болела сильнее, чем пылало в груди стремление прослыть лучшим студентом курса!

— Я в тебя сейчас зефиркой брошу, умник, – пригрозила Кирана, которой предмет и впрямь давался легче многих сокурсников, но вовсе не из-за большего усердия или природной гениальности. Тут, скорее, речь шла об особенностях ее расы.

— Голубой, пожалуйста, – подчеркнуто серьезно попросил в ответ друг. – Остальные совершенно не сочетаются с цветом моей рубашки и жилета.

Трауль рассмеялся первым, затем вирус веселья охватил всех присутствующих.

— Нет, если кидать, то зефирки всех цветов, – с милейшей из улыбок, вызвавшей невольную дрожь «дошутившегося» Мелвина, отметила Алия.

Она ничуть не смущалась такой откровенной провокации и издевательства над другом просто потому, что ни провокацией, ни издевательством такое действие не считала. Впрочем, красавчику несказанно повезло. Зефиркам нашлось более полезное (опять-таки с точки зрения але Ильм) применение. Ими крылатая без зазрения совести пичкала своего пса.

Едва девицы на полянке уснули, как черный гигант посчитал свой терапевтический долг исполненным и присоединился к любимой подруге. Назвать Алию хозяйкой Тучки язык бы ни у кого не повернулся. Друг или компаньон подходило куда больше. После пребывания в ипостаси бестелесности Алия и призрачный пес сроднились на гораздо более глубоком уровне, чем обычный человек и его четырехлапый спутник. Потому и Кирана не стала уточнять, не повредит ли собаке столько сладостей. Одно дело, обычный пес, для которого сладкое почти что яд, другое, миролюбивый черный монстр, в которого превратился Тучка. Он, небось, способен переварить вообще все, начиная от зефира и заканчивая ядерным топливом.