Книга Убить буржуев, страница 118 – Сандроне Дациери

— Но ты все еще можешь.

Коломба прикусывает нижнюю губу. Она не любит говорить о себе, о прошлом.

— Однажды Данте похитили. Я говорю не о том, что случилось с ним в детстве, а о времени, когда мы уже были знакомы.

— Ясно…

— Похититель ввел его в искусственную кому и держал в таком состоянии много месяцев, привязав к специальной кровати, которая переворачивала его и обеспечивала вентиляцию легких…

— Боже…

— Он не мог пошевелиться. Не мог позвать на помощь. Ему становилось все хуже, он так бы и умер. Но я нашла его, потому что упрямо продолжала поиски. Хотя все считали, что я спятила.

— То есть ты хочешь продолжить расследование из упрямства.

— Это хуже, чем просто упрямство. Если бы я не нашла Данте, то, наверное, сама бы умерла, ища его. Я бы не смогла остановиться. Я никого бы не послушала и не прекратила бы поиски, потому что была убеждена, что где-то меня ждет правда. – Коломба смотрит на него. – Когда я от тебя сбежала, я сбежала от этой части себя. Я боялась, что потеряю себя, что гоняюсь за собственными призраками, а не за чем-то реальным. А теперь что-то реальное появилось – убийца, который обманул всех в своих целях, который лишил жизни подростков только ради того, чтобы замести следы. Я не могу позволить ему остаться безнаказанным.

Гленн целует ей руку.

— Если ты так решительно настроена продолжать поиски, давай искать вместе, – говорит он. Почти те же слова ранее произнес Данте. – Я не оставлю тебя одну.

Коломба напрягается:

— Это моя работа, а не твоя.

— Вот именно, ты работаешь на меня. И я хочу быть рядом. Речь о моем брате, о моей семье.

Взгляд Коломбы изменился, выдерживать его стало тяжело. В ее зеленых глазах сверкают молнии.

— Ты должен выбрать, кем ты хочешь быть для меня. Хочешь ли ты быть моим шефом или кем-то еще.

— Я не приказываю тебе, а просто прошу.

— Гленн, я не могу выполнять свою работу в окружении отряда телохранителей. И никуда не возьму тебя без охраны. Какое-то время мы притворялись, что ты обычный человек, но это не так. Ты управляешь многомиллиардной империей, у тебя есть обязанности, отличные от моих.

— А кто защищает Данте? Его втянуть ты не побоялась, – возражает Гленн.

— Его защита – это я, но я не могу защищать еще и тебя. И не хочу. Я хочу, чтобы у тебя была другая роль в моей жизни.

Клацая когтями, входит то ли один из пуделей с черным пятном, то ли их точная копия. Он с трудом переставляет слабые лапы, волоча живот, свисающий почти до пола, и лает еще слабее – похоже на кашель. Гленн тут же встает и, присев перед ним на корточки, гладит его и целует в голову, называя Тюльпаном.

— Это третий пес из того же помета? Что с ним случилось? – спрашивает Коломба, удивленная его жалким состоянием.

— Он просто старый. Моему лапочке почти двадцать лет, – отвечает Гленн, позволяя пуделю медленно лизать его подбородок.

— А остальные – его детеныши? Такие одинаковые?

— Мама не могла смириться с мыслью, что Тюльпан умрет. Поэтому Хесус подарил ей две новые версии.

Коломба непонимающе смотрит на него.

— Он взял биоматериал Тюльпана и заморозил достаточно для создания сотни клонов, – объясняет Гленн. – Первых двух ты уже видела, а остальной материал хранится в «Vault», чтобы вырастить новых, когда эти тоже состарятся.