Книга Убить буржуев, страница 31 – Сандроне Дациери

— Вдобавок убийца знал, что никто не застанет его врасплох. Ни новый владелец, ни уборщики. Я так и не прочитал журнал. Когда он вошел в дом? – спрашивает Данте.

— За два дня до смерти Мартинеса. А вышел через два дня после его смерти.

— Он знал, что Мартинес приедет, поколдовал над криосауной и ждал его.

— Но как он попал в «Джунгли»? У него есть сообщник?

Данте убирает планшет. От чтения его укачало.

— Вряд ли.

— Почему?

— Если бы у него был сообщник, он, может, и пришел бы за два дня, чтобы повредить сауну, но не торчал бы там еще два дня после убийства. Сообщник помог бы ему сбежать пораньше.

— Либо с сигнализацией напортачили уборщики. Ну или техники.

— Ты сама в это не веришь. В котором часу была отключена сигнализация?

— Около полуночи. А около девяти вечера ее снова включили.

— Это время походов в кино или на светские мероприятия. В полночь они заканчиваются, а начинаются около девяти. По крайней мере, для бумеров.

— И что? – спрашивает Коломба.

— В «Джунглях» есть зал для мероприятий. Не знаю, какая у них программа, но готов поспорить, что в те дни там что-то происходило. Сатанинские обряды, каннибализм, охота на бедняков…

Коломба снижает скорость перед границей Кьяссо, вспоминая то, что сказала ей Барт накануне вечером.

— Туда можно попасть только по приглашению.

— Возможно, он его получил. Или сопровождал того, у кого оно было. Или был его телохранителем. После мероприятия он не ушел, а поднялся этажом выше и зашел в квартиру Мюллера.

— И охрана ничего не заметила?

Данте качает головой, но тут же об этом жалеет, потому что она снова начинает кружиться.

— Я же говорю, «Джунгли» – это бункер, а не тюрьма. За передвижениями жильцов никто не следит. Наш злоумышленник поднялся на один этаж пешком, пока еще человек сто одновременно спускались по лестнице и на лифтах. Камеры «Джунглей» не охватывают двери в квартиры, следовательно охранники не видели, как он вошел к Мюллеру, и не заметили, что он не вышел из здания. Вдобавок он наверняка был такой не один: чтобы попасть на мероприятие в «Джунглях», нужно знать кого-то из жильцов или сотрудников.

Коломба останавливается на швейцарской границе и платит за то, чтобы ей наклеили виньетку для проезда по шоссе, хотя ехать им осталось совсем недалеко.

— Твоя гипотеза довольно убедительна. Тем не менее это всего лишь гипотеза, – произносит она.

— Тебе не кажется, что ты настроена более скептически, чем обычно? Может, я всего лишь друг детектива, но у меня такое ощущение, что я тащу за собой якорь.

Коломба уже собирается его отбрить, но сдерживается. Данте прав, по крайней мере отчасти.

— Это из-за всего того, что с нами произошло, – искренне признается она.

Отъезжая, она кивает пограничнику, но тот не замечает. «Ах ты, салага», – думает она.

— Не вижу связи, – говорит Данте.

— Пока мы занимались Отцом, я перестала доверять людям. В принципе перестала доверять. Думала, все, что я вижу, может оказаться обманом, что кто угодно может нанести мне удар в спину. Что все лгут и плетут козни.

— Паранойя жизненно необходима, во всяком случае, в нашем деле, – ухмыляется Данте.

— Но есть риск понаделать ужасных ошибок, увидеть то, чего нет.

— Если учесть, что у большинства твоих бывших сослуживцев шоры на глазах… Слушай, а куда конкретно мы едем?