Книга Убить буржуев, страница 78 – Сандроне Дациери

— Спишь?

— Да нет, я давно проснулась. Прибираюсь дома, а то тут бардак, как на складе… – бормочет Коломба, чувствуя себя дерьмом.

Она ожидает от Данте какой-нибудь шутки, но тот оставляет ее оправдания без комментариев.

— У меня есть горячая новость и холодное пиво. Заедешь ко мне?

— Yes^[39]. Все в порядке?

— Да-да, все отлично. До скорого.

Коломба снова принимает душ, думая о том, как трудно лгать человеку, который угадывает твои мысли по тому, как ты завязываешь шнурки.

Когда она одевается, ее взгляд падает на одну из их немногих совместных фотографий: они оба не любят фотографироваться, тем более на телефон – скорее запечатлеют пятно крови, чем собственные лица. На снимке они позируют в халатах в термальном спа-отеле «Баньи Веккьи», где впервые вместе оправлялись от ран. Отец умер, и оба думали, что худшее осталось позади, тогда как на самом деле все только начиналось. Коломба вспоминает, что попросила одного из сотрудников, чтобы тот их щелкнул. Они улыбаются и дурачатся. Когда между ними все стало так сложно?

«Все всегда было сложно, то по одной причине, то по другой», – отвечает она сама себе.

Коломба смотрится в зеркало: она еще не совсем привыкла к новому образу, но ей начинает нравиться стрижка а-ля Фуриоса, чьи фотографии она нашла в Интернете, – та оказалась горячей штучкой. Коломба меняет пластырь, снимает повязки, в которых больше не нуждается, снова все запирает и по дороге к Данте заезжает в булочную на углу, чтобы купить несколько еще горячих фокачч. Когда она приезжает, он как раз собирается сварить кофе на плитке на террасе, и она открывает на журнальном столике пакет с выпечкой.

— Я привезла тебе поесть.

— Фокаччи! – Он берет одну, еще не успевшую остыть. – Что творится в городе? Партизанская война?

— Я видела пару разбитых витрин и несколько надписей. Не представляю, как можно считать этого ублюдка героем.

— Может быть, они просто бедны и рассержены.

— Я бы еще поняла, если бы они воровали еду из супермаркета, но это…

Данте отрывает кусок фокаччи с розмарином, стараясь не заляпать маслом белую рубашку.

— Богачи пускают тебе пыль в глаза своими символами статуса, пока ты либо тоже не захочешь их иметь, либо не возненавидишь. Лично я считаю, что мне подошел бы «роллс-ройс»… Или «астон мартин», как у Джеймса Бонда, понимаешь, о чем я?

— Нет, но кстати… – с набитым ртом отвечает Коломба. – Я расплевалась с Сермонти и ДИБ.

— Когда?

— Перед тем как приехала к тебе… Меня достало, что меня дергают за ниточки, как марионетку.

— И до тебя это дошло только сегодня утром?

Коломба смеривает его холодным взглядом:

— Нет, вчера вечером, когда Гленн рассказал мне о проекте своего брата. – Она передает ему содержание их разговора, давая понять, что он состоялся в вертолете, но не утверждая этого прямо. – Сейчас перешлю тебе список членов «Эона».

Данте все еще переваривает услышанное.

— Мартинес хотел построить город в Антарктиде. Он готов был разрушить экосистему одного из жизненно важных для нашей планеты регионов, чтобы хранить там замороженных богачей. По-моему, вполне весомая причина заморозить его до смерти…

— Если ты психопат, то да.

Данте читает список на своем айпаде. Все члены – иностранцы с состояниями, которые оцениваются в сотни миллиардов долларов. Преобладающая сфера деятельности – возобновляемые источники энергии и новые технологии.