Книга Убить буржуев, страница 90 – Сандроне Дациери

Коломба вместе с Гленном проходится по другим именам из списка жертв, но тот почти уверен, что его брат не был знаком ни с кем из них лично и никто из их родственников никогда не просил, чтобы его тело заморозили.

Данте тоже звонит ей, но Коломба слишком устала, чтобы искать примирения. Она ограничивается голосовым сообщением, в котором, еле ворочая языком, рассказывает о сыне Танкреди, затем проваливается в сон без сновидений до шести утра, а когда просыпается, не помнит, где находится.

Она снова бреет голову, потому что ее раздражают волосы, начинающие отрастать вокруг пластыря, заезжает в участок и выпивает с Сантини кофе в курилке, расположенной на балкончике комнатки с питьевыми автоматами. Сантини поручает ей помочь коллегам в аэропорту вместе с целым отрядом новоиспеченных сержантов, которые «даже шнурки завязывать не умеют».

Выходя из участка, чтобы отправиться во Фьюмичино, Коломба сталкивается с Танкреди и его супругой, приехавшими на встречу с магистратом. Это душераздирающее зрелище: он физически поддерживает жену, несмотря на ее слабые попытки его оттолкнуть, двое телохранителей провожают ее в туалет, и муж потухшим взглядом смотрит ей вслед. С его губ исчезла саркастическая усмешка, щеки обросли щетиной – сегодня он совсем не похож на лордоподобие, каковым окрестил его Данте.

Коломба заставляет себя подойти к нему и выразить соболезнования. В свое время, расследуя дела об убийствах несовершеннолетних, она повидала множество родителей в подобной ситуации, и ей трудно было приучить себя не принимать их горе близко к сердцу. Он пожимает ей руку и какое-то время держит ее ладонь в своей, словно ища утешения.

— Мне очень жаль, господин Танкреди, – говорит Коломба. – Могу только пообещать вам, что мы сделаем все возможное, чтобы найти виновного.

Тот качает головой, глядя в никуда.

— С одной стороны, я надеюсь, что он умрет как можно более мучительной смертью, – бормочет он. – С другой стороны, я знаю, что настоящий виновник – я сам.

— Вы не в ответе за действия сумасшедшего.

— Это я выбрал колледж. Это я сказал сыну, что мне некогда отвезти его в Лондон к подруге. Я и представить не мог, что… – Танкреди осекается и снова сжимает ее ладонь. – Я рад, что к расследованию подключились и вы. Если вам что-то понадобится, что угодно, пожалуйста, обращайтесь ко мне.

В этот момент возвращается Оттавия, и он, собравшись с духом, идет ей навстречу, но жена, словно не видя его, продолжает шагать вперед, погруженная в свое горе.

За ночь новость разнеслась по миру гораздо быстрее, чем новость о пожаре в Maison Ринальди, которая уже попала на все первые полосы. Газеты напечатали экстренный выпуск, чтобы сообщить о теракте, по телевизору только о нем и говорят. А пост О. Трейна, которым поделились сотни миллионов раз на всех языках, стал самым популярным в соцсетях.

В то время как средства массовой информации приняли скорбный, осуждающий тон без всяких «но» и «если», реакции в Сети оказались намного разнообразнее. Многие не пролили ни слезинки. Чтоб они все сдохли, эти паразиты, набитые деньгами. Да здравствует О. Трейн, да здравствует мистер Алюминий.

Фьюмичино охраняет отряд по борьбе с беспорядками, сформированный профсоюзами аэропорта, но, когда приезжает Коломба, он уже отбивается от кучки молодежи, одетой в серебристые комбинезоны и кислородные маски. Спецназовцы применяют слезоточивый газ, и Коломба ускоряет шаг, чтобы не попасть в едкое облако. В лифте, ведущем в бизнес-зал, кто-то нарисовал черным фломастером человечка с огнеметом, а сверху надпись «У. Б.».