Книга Измена. Я не буду с тобой, страница 18 – Нионилла Ржевская, Ева Соколовская

А я чувствую только раздражение. Какое “скучаешь”, если я только и жду, когда этот отпуск закончится, чтобы просто зайти в нашу квартиру и закрыть за собой дверь.

Не отвечаю, переворачиваю телефон экраном вниз.

Смотрю на воду. Она такая прозрачная, что видно дно. Где-то там, за тысячи километров, Марта. Совсем одна. Без меня.

Прилетает сообщение:

— Ты что, меня игноришь? Что происходит?

Пишу быстро:

— Занят на экскурсии. Перезвоню позже.

Вру. Ни на какой я не экскурсии. Просто не хочу слышать ее голос. Она не умеет молчать, не умеет просто быть. Ей нужно заполнять собой все пространство. Марта не такая. Она чувствует, когда мне нужно просто посидеть в тишине.

Открываю чат с Мартой.

У меня внутри начинает холодеть.

Может, она что-то узнала?

Проболтался кто-то? Или она увидела что-то в моем телефоне перед отъездом? Нет, я все чистил. Всегда проверял. Кристина тоже не дура, ей не выгодно, чтобы Марта узнала, она же понимает, что тогда все закончится. Я не брошу жену.

Хотя... Кристина в последнее время стала слишком часто заводить разговоры о “честности” и о том, что “пора что-то менять”.

Да, пора менять. Как быть? Признаваться Марте, что я ее предал? Молчать? Уйти?

Точно не к Крис, просто уйти. Нет. Не могу, не хочу.

Телефон снова оживает в руке, хочу машинально скинуть, но на этот раз вызов от Марты. Сердце делает неприятный толчок в ребра.

— Март! — я прижимаю трубку к уху. — Ты как? Что врачи говорят?

— Привет, Стас. Нормально все, — голос у нее какой-то отстраненный. Чужой. — Звоню подтвердить, что меня выписывают через неделю. Раньше не получится.

— Слушай, я сейчас пойду и сдам билет, — говорю я, и это правда, я готов это сделать прямо сейчас. — Прилечу завтра утром. Буду у тебя в больнице...

— Не надо, — она перебивает жестко. — Смысла нет. Я все равно в основном сплю под капельницами. Отдыхай, раз уж поехал. Не трать деньги на перелеты.

— Март, ну ты чего...

— Что “чего”? Все, мне пора, обход начинается. Пока.

Она отключается, весь наш разговор длился секунд сорок. Раньше мы могли часами болтать ни о чем.

Я смотрю на погасший экран. В груди нарастает какая-то тревога. Что-то пошло не так. Совсем не так. Я чувствую, что все, что я выстраивал годами, будь то стабильность, дом, наши отношения, начинает расползаться по швам.

Пора заканчивать этот балаган.

Печатаю Кристине:

— Нам надо серьезно поговорить. Когда я вернусь.

Нажимаю “отправить”.

Сразу же хочется удалить, потому что я не знаю, с чего начать этот разговор. И боюсь его. Боюсь ее истерик, боюсь, что она начнет шантажировать.

Ответ приходит мгновенно:

— О чем поговорить? Стас, ты меня пугаешь. Что-то случилось?

Не отвечаю.

Встаю из-за стола, оставляю на террасе недопитый холодный кофе. Иду в номер. Море за спиной больше не кажется красивым. Оно чужое. Отель чужой. Все это одна большая ошибка, а я полный кретин.

Я хочу домой.

Захожу в номер, кидаю телефон на кровать. Нужно собираться. Завтра вылетаю. Плевать на оплаченные дни, плевать на все.

Два дня прошли как в тумане.

Я не помню их по отдельности. Помню только сосны за окном. Они качаются, шумят, сбрасывают старую рыжую хвою. Я смотрю на них часами, обхватив колени.

Иногда кажется, что я тоже дерево: корни вросли в больничный линолеум, ветки обломаны, и внутри гуляет сквозняк.