Книга Случайная попаданка для дракона. Академия Лоренхейта, страница 67 – Алена Шашкова

Что там говорил Сильвио? Истинность? Так вот, как она ощущается!

Мы возвращаемся на ту же башню, а ректор возвращает себе человеческую форму и накидывает мне на плечи камзол вместо шали, которая так и осталась в моем кабинете. Он обнимает меня со спины и тихо говорит на ухо:

— Прости, но дракон очень давно хотел с тобой пообщаться, — он вроде извиняется, а вроде говорит это таким довольным голосом, словно только что получил одну из лучших наград. — Я должен был раньше догадаться.

Чуть приподнимаю плечо и оборачиваюсь:

— О чем?

— Что ты попаданка, а не Алессандра.

— Но почему? Это такое частое явление? — хмыкаю я. — И тебя не удивляет, что меня не нужно отправлять в изоляцию?

— Во-первых, ты забываешь, что я работаю с нестабильными магами, да и сам нестабильный, а это пострашнее иномирянок, — в голосе Эриана звучит улыбка. — А во-вторых, встречал я уже одну особу… Хорошо она тут прижилась.

Обалдеть! Значит… Значит, все не так плохо, как рассказывал Сильвио?

— То есть ты обо мне не расскажешь? — переспрашиваю я.

— Нет, — он проводит носом по моим волосам, вдыхая. — И да… Я тебе верю, что ты ничего не знала о делах Алессандры. Но это говорит лишь о том, что надо быть в разы осторожнее. То есть не ловить приключения, как обычно это делаешь ты.

— Это не я, — ворчливо отвечаю ректору. — Они сами.

— Ну-ну…

Он отвлекает меня поцелуем в шею, а потом переносит ко мне в гостиную. Не выпуская меня из рук, ректор усаживается на диван и рассказывает о том, что рассказал студент. Ему Иргания сказала, что нужно просто подставить пару человек, которых выгонят, и тогда факультет останется.

Но когда ничего не вышло, он запаниковал, пузырьки вернул, а сам сходил к целителю. Ксавье с удовольствием выдал ему новое успокаивающее зелье. Студент понял, что все не так, но было уже поздно, маховик мщения был запущен, и… Я чуть было не рассталась с этим хорошеньким телом.

Я, в свою очередь, рассказала о намеках Ксавье и «зеленом зелье».

Мы так и не приходим ни к какому решению в этот вечер, потому что оба безумно физически и эмоционально вымотаны. Ректор сладко целует меня на прощание и, хотя заметно, что он не горит желанием уходить, исчезает в тени.

— Сильвио, — зову я своего фамильяра, но слышу молчание в ответ. — Ты же все видел и слышал?

— Угу, — шелестит с подоконника.

— Только Берте не говори, пожалуйста. Ведь проболтается.

Утро начинается достаточно бодро и позитивно. Мне легче уже от одного осознания того, что я не одна храню эту тайну своего попаданчества, к тому же ректор… Нет, об этом не хочу думать.

Берта приносит завтрак в комнату, потому что еще с ужина беспокоится. Я благодарю, что-то спрашиваю, но не получаю ответа. А когда поднимаю взгляд, понимаю, на что она смотрит: камзол ректора на моем диване.

— Госпожа… — ахает служанка. — Это же…

Мне очень хочется изобразить жест «рука-лицо». Проколоться на такой мелочи!

— Берта…

— Это правда, госпожа? Вы и… ректор Ферст? — она переводит на меня возбужденный взгляд. — Как же…

— Он заходил вечром проверить, все ли у меня хорошо, — на ходу придумываю я историю. — Беспокоился о том, как я себя чувствую.

Берта качает головой и собирает на поднос посуду от ужина.

— Это так на вас не похоже, — говорит она.

— Ты хочешь сказать на него? В том смысле, что он меня терпеть не может, — уточняю я.