Книга Случайная попаданка для дракона. Академия Лоренхейта, страница 64 – Алена Шашкова

И что будет? А Иргания? Это же она за этим всем стоит! А ректор ей потакает.

Черт. И про Ксавье я ему так и не рассказала.

Я практически кожей ощущаю, как вокруг сгущаются проблемы, и когда сверкнет и громыхнет — непонятно.

— Опять решила вляпаться в неприятности? — спрашивает Сильвио, когда я, кутаясь в теплую шерстяную шаль, кладу руку на ручку входной двери.

— Пойду найду Берту, — говорю я Сильвио. — Мне постель перестелить надо.

Я действительно всего лишь хочу найти служанку, даже направляюсь в крыло для прислуги и, изрядно напугав чужих слуг, прошу Берту помочь.Только вот не возвращаюсь в комнату.

Иду в кабинет с твердым намерением найти хотя бы блокнот, чтобы знать, что он у меня и что половина пути домой уже почти пройдена.

В который раз я оказываюсь тут одна ночью, но только сегодня мне волнительно настолько, что будто что-то стягивает грудную клетку, сердце бьется, как будто хочет выскочить из грудной клетки, а руки мелко дрожат.

Снова и снова перекладываю все на своем рабочем столе, проверяю все ящики в столе, полки в шкафах, на шкафах, даже все подушки на диване перекладываю. Ну не могла я выкинуть этот чертов блокнот! Где же он тогда⁈

От раздражения и ярости пинаю боковую панель стола и вскрикиваю от боли. Черт! Мягкие туфельки Алессандры точно для этого не приспособлены.

В досаде, не боясь, что кто-то меня увидит, опускаюсь на пол и сжимаю руками пальцы ноги. От досады аж выть хочется, не то что плакать.

И тут я замечаю, что в одном месте щель на стыке ножки и боковой поверхности стола шире, чем по всей остальной длине. Интуитивно протягиваю руку и касаюсь это место пальцами. Происходит щелчок, и маленькая, совсем незаметная дверца открывается.

Так вот, он где.

Запускаю руку в небольшое углубление и достаю записную книжку размером с ладонь. Рецепты. Рецепты. Еще рецепты. И… да. То самое «зеленое зелье №5».

В груди поселяется холод. Не просто холод — ледяная пустыня! Потому что это гребаное зелье — не что иное, как смесь эликсира Берсеркер и эссенции Фургато. Особая, сложная, с тонкостями приготовления. Но это именно она, а значит, что Алессандра все же имеет непосредственное отношение к тому, что творится в академии.

То есть сейчас не Алессандра, а я.

От этого осознания так больно, так отчаянно хочется выть, что я до боли закусываю губу. Как же так? Как теперь жить? Как я могу смотреть в глаза Эриану, Алисии, тем нестабильным студентам, с которыми я общалась.

Первый порыв — сжечь эту записную книжку к чертовой матери, сделать вид, что ничего не знаю. Но как же это будет малодушно и трусливо по отношению ко всем!

Проверяю еще раз нишу, чтобы убедиться, что там больше ничего нет, однако, нахожу маленькую записку. Беру ее, записную книжку и поднимаюсь с пола.

Эти записи совсем не похожи на все остальные: буквы, обычно выстроенные в ровную линию, периодически прыгают, завитушки «срываются», а в нескольких местах (только подумать!) надписи даже зачеркнуты. Как будто когда Алессандра вела эти записи, она очень сильно нервничала.

Прежде чем она собрала окончательную формулу, которая обведена в рамочку, она много экспериментировала. Но я никак не могу понять, чего она добивалась, потому что около вариантов стоят только плюсы и минусы.