Книга Невольная истинная 2, страница 42 – Юлия Пульс, Диана Билык

— А ты пересадил меня на другого дракона, зная, что для меня полеты — слишком личное. Как ты еще в его постель меня не отправил?

Я замотал головой, не в силах оторваться от Мери и посмотреть ей в глаза.

— Психанул. Больше не повторится.

— Я тоже хороша, — Мери прижалась ко мне, обняла за пояс. — Могла бы спросить, что тебя так разозлило, а вместо этого отправила тебя… — коснулась губами моей щеки, согрела дыханием. — Далеко отправила. — хихикнула.

С каким же невероятным удовольствием я в нее вжимался… Не отпущу. Буду врастать корнями.

На моей руке загорелся парный браслет, и я взвыл. Захотелось вышвырнуть его нахер, но нельзя. Вдруг что-то важное.

Я чуть ли не с мясом оторвался от Мери и провел пальцем по ободу.

— В графстве Лорнвейл магический разлом, — доложил генерал.

— Бляяя… Почему не в Дренер?! — я выругался и посмотрел с тоской на свою девочку. Надо лететь и оставлять ее одну.

— Ты надолго? — спросила Мери.

— Обычно за сутки справляемся, но всякое бывает, — я погладил ее по щеке, любуясь красивыми чертами лица. — Не скучай. Я вернусь и научу тебя справляться с магией, — потянулся к губам Мери и замер в миллиметре от прикосновения.

— А если… — сказала она с придыханием, прикрыла веки, втягивая шумно воздух, — без тебя сорвусь?

— Я магистра к тебе приставлю, — прошептал я и с нежностью коснулся ее губ.

Вздрогнул и отшатнулся, когда в дверь требовательно постучали. Знаю, что нельзя терять ни минуты.

Тяжело вздохнув, я оттеснил Мери и открыл дверь.

— Надо торопиться. Там одни альены долго не удержат.

Нэйд поправил воротничок мундира и подобрался.

Я быстро чмокнул Мери в губы.

— Скоро вернусь, — и вырвался из кабинета.

Мы с генералом пошли по коридору.

— Давать свою оценку поведению моей женщины ты больше никогда не будешь. Это понятно? — строго сказал я.

— Понятно.

Вернувшись к себе, я первым делом надела на руку браслет. Погладила его аккуратно, чтобы не активировать случайно и не отвлечь Адриана, и вдруг поняла, что счастливо улыбаюсь.

Приревновал…

Почему это так приятно? И болезненно, потому что нервы помотал.

Но волнительно.

Переодевшись в легкую сорочку, я легла в постель, укрылась одеялом и долго смотрела в окно.

Правильно ли я себя вела, высказывая Адри при других? Верно ли, что так быстро остыла, едва осознав, что он приревновал?

Да и вообще, нормально ли простить своего насильника?

Нормально ли, что, вспоминая ту нашу первую ночь, я не могу до рассвета уснуть, мучаясь от порочного жара внизу живота?

Я ведь кончила тогда…

Все тело подрагивало, хотелось погладить себя, приласкать, вернуть те ощущения, пока Адри нет рядом, но я не смела.

Сжала пальчики ног и, крутясь в постели, шепотом взмолилась:

— Эйла, спаси и сохрани истинного… Эстиер, ты меня не сильно жалуешь, но прошу… не оставь его.

Лон давно ушел, уступив небесное полотно миассу.

А я все не могла уснуть. Тревожилась.

Так и встала, не уснув. Привела себя в порядок и, подхватив из небольшой библиотеки в моих покоях книгу, пошла к девочкам. Они уже завтракали.

Я отпустила нянечку: хотела побыть с моими девочками сама.

Мы ели, общались, сестры показывали мне свои артефакты, а я не могла угомонить тревожное сердце и взгляд нет-нет падал на безжизненно-холодный связной браслет.