Книга Невольная истинная 2, страница 46 – Юлия Пульс, Диана Билык

— Зайчика, — заулыбалась Гера.

— Поешь, пожалуйста, — шепнул я Мери, согревая ее ладонь своим теплом.

Она неопределенно качнула головой и потянулась за салатом свободной рукой, вторую ладонь оставляла в моей, и я чувствовал ее легкую дрожь.

— Как вам Белый замок, Вайсо? Уже гуляли в садах? Привыкли передвигаться без коляски? Наверное, прекрасное чувство, снова встать на ноги? — Гера так лебезила, что противно стало.

Я закипал и рычал внутри. Мне дико не нравилось, как он смотрит то на дочь, то на меня. Дай сил сдержаться, Эстиер, мой зверь на грани!

— Лучше бы остался в кресле, чем проснуться и узнать, что твоя дочь…

— Дочь?! — стиснув мои пальцы еще сильнее, Мери вперилась в отца. — Интересно, где ты здесь видишь хоть одну. Твою. Дочь?!

— Не надо при детях, — сказал я Мери еле слышно. — Я разберусь, — и поднялся с места.

— Вижу, Вайсо, вам есть что мне сказать. Выйдем?

Мужик поднялся, Мери тоже.

— Только посмей, папа… — у нее был такой голос, что даже я удивился этой грозной строгости.

— Я здесь не останусь и минуты! — сплюнул Вайсо и двинулся к выходу, но малышка Тэя слетела со стула и побежала за ним.

— Папа… ты же не злой, — ухватила его за ногу. — Мери говорила, что ты больше не будешь злым, что ты поменяешься…

— Тэя, — Мери сжала ладонью горло, отвернулась, едва сдерживая слезы.

Я подошел к ребенку.

— Иди за стол, малышка, папа сейчас вернется, — кивнул я Вайсо на выход.

Он растерянно глянул на дочь. Тэя не отпускала его штанину, ее темные курчавые волосики подрагивали.

Мери, что уже взяла себя в руки, подошла к девочке и протянула ей ладонь.

— Ты же не уйдешь? — Тэя задрала голову, чтобы всмотреться в лицо отца.

— Не уйду, — тихо ответил он.

Только тогда девочка отлипла от него и пошла за Мери, а Вайсо поплелся к выходу.

Как только мы оказались в коридоре, я уже церемониться не стал. Выпустил черную магическую плеть, что вбила мужчину в стену и сжала его горло. Я приблизился и со злостью сквозь зубы прошипел ему в лицо:

— Еще раз посмеешь ударить мою Мери и не дай Эстиер обидишь девочек, я тебе руки оторву. Ни один целитель не пришьет. Усвоил?

— Ну убей, — процедил он, — я смерти не боюсь. Ты — мразь, и я не собираюсь молчать. Ты обидел мою дочь! И скажи еще, что она об этом забыла! Да Мери просто боится, что ты всех нас в пыль превратишь. Не думаешь же, что она полюбит чудовище?

— Мне насрать, сука, что ты думаешь! Мери — моя! Никто не посмеет ее и пальцем тронуть! Сдохнуть хочешь? Так чего не удавился после смерти жены? Детям бы легче было! Вогнал семью в нищету! Мериди бы за мудака Торна замуж не вышла, будь у нее нормальный отец! Ты, тварь, сейчас войдешь в зал и будешь с улыбкой общаться с девочками. Исправляй ошибки, раз выпал такой шанс. Мери тебе его дает, — развеял я магию и отошел на шаг.

Из последних сил держался, чтобы ему не врезать. Только ради детей.

— Став твоей шлюхой? Хорошенький шанс.

Все! Видит богиня, я этого не хотел!

— Ты кого шлюхой назвал, мразь?! — со всего маху влепил ему пощечину. От хлопка даже в ушах зазвенело. — Закрой свой поганый рот, скотина! Это же дочь твоя!

— Она жена герцога! — этот придурок бросился на меня с кулаками. Магия у него все еще не восстановилась, лекари говорили, что возможно и не вернется. — Мери не твоя подстилка!