Книга Невольная истинная 2, страница 77 – Юлия Пульс, Диана Билык

Но сейчас ему стало легче, я искренне радовалась, пусть и не разделяла эту радость, потому что сейчас мой мужчина и мои сестры страдают от потери — и я не останусь в стороне.

Я осторожно села рядом с Лирой, коснулась ее плеча, она впервые за весь вечер подняла голову и ошпарила меня дикой болью и печалью в глазах.

— Завтра мы проведем Нэйда всей семьей в сады богини, чтобы наш генерал не тревожился, а спокойно ждал всех нас на той стороне. Ты ведь пойдешь его проводить?

Лира поджала губы, коснулась пальчиками браслета, а потом резко поднялась, и я увидела в ее глазах такую знакомую непокорность.

— Нет, — отрезала. — Пусть не ждет меня. Я лучше в багровое застенье провалюсь, чем еще раз с ним встречусь. Нэйд — обманщик! Он обещал вернуться! Обещал!

Лира сорвалась с места и, подхватив юбки длинного платья, убежала из трапезной.

Я сжала кулаки на коленях. Наверное это хорошо, что она вылила эмоции сейчас, теперь ей станет намного легче. Лучше так, чем держать в себе ярость, копить боль и гнев долгие дни и годы. Неизвестно какие были бы последствия.

Отец покачал головой, тяжело поднялся.

— Я поговорю с ней, — сказал он и пошел следом за дочкой.

Тэя, что уже поела свой ужин, пока мы говорили, тоже встала из-за стола. Поклонилась, как требовали приличия, и гордо заявила:

— Я тоже не пойду провожать Нэйда! — Сестра посмотрела на меня так, что морозом пробрало спину. — Для него нет пути в сады. Он сам так говорил.

И малышка побежала за папой. Стук ее крошечных каблучков еще долго отдавался в моей груди ударами.

— Мы справимся, — приосанилась Гера и указала на стол. — Поешьте. Смотреть на вас страшно.

Адриан молча повел меня на привычное место, усадил и наполнил тарелку мясом. Опустился рядом и взял меня за руку.

— Кто будет править Сорейном, когда вы улетите в Дренер? — пригубила женщина вино.

— Ты, — сходу ответил Адри, разрезая сочный стейк.

Гера поперхнулась и замахала салфеткой перед лицом. Посмотрела на меня в упор со страхом в глазах.

— Адри, — накалывая кусочек мяса и глядя на него, как на что-то инородное, я повернула голову к истинному, — можно восстановить наш родовой особняк в Ветроне? В память о маме. Да и девочки отвлекутся, помогут мне с чертежами и планами. Если папа захочет, в будущем, может вернуться туда. — Я закинула в рот мясо и стала его медленно жевать, совершенно не чувствуя вкуса.

— Его уже восстанавливают. Отправим твои чертежи, перестроят. Но я бы не хотел, чтобы девочки жили вдали от нас, — он легонько сжал мою ладонь, не отрывая взгляда от тарелки.

Я повернула голову и посмотрела на его точеный профиль. Впервые в груди взросло что-то такое мощное, что я даже не сразу нашла, что сказать.

Помолчала, любуясь своим истинным. Он — лучший мужчина в мире, и Эстиер не просто одарила меня этой связью, она дала мне большее…

Опору. Надежность. Веру в будущее.

Любовь.

Я прочистила скованное нахлынувшими чувствами горло и все-таки произнесла:

— Как решит отец, но я тоже не хочу отпускать девочек далеко. Они для меня не просто сестры, они для меня — мои дочки. Я их с пеленок вырастила. Сама. Адри, — дождалась, пока он посмотрит мне в глаза, — спасибо тебе за все. Пусть в Ветроне будет так, как ты сделал, а планы мы с малышками и для Дренера можем начертить.