Книга Верхний мир. Призрак свободы, страница 347 – Майя Олав Глакс

— Билли бы сегодня исполнилось тридцать, — произнес он, наконец.

Мэй замерла на мгновение, потом продолжила бинтовать. Билли Бэнкс… Смешной, с вечно растрепанными кудрявыми волосами, верный и исполнительный. Он погиб полгода назад. Тело нашли однажды самым обычным утром у ворот бывшей академии. Рядом лежали два мертвых вурдалака.

Тут же, будто услышав, о ком они говорили, появилась Тина, они увидели, как она заходила в Штаб. Ее лицо было мертвенно-бледным, она хмурилась и не смотрела ни на кого, лишь не глядя кивала тем, кто здоровался с ней.

— Она до сих пор выходит в патруль каждую ночь, — тихо сказала Мэй, наблюдая за Тиной сверху. — Я просила ее взять перерыв и не изводить себя. Но Тина ответила, что Билли бы ей этого не простил.

Джейсон кивнул. Тина и Билли учились на одном потоке с Леди, на два курса позже, чем он, но Милтон хорошо знал ее — невысокую, худую женщину, которая после гибели мужа стала еще тише, но ни разу не пропустила дежурство. Она не мстила, мстить Тьме было бессмысленно, Тина просто делала свою работу. Такую же, как и все они.

— Иногда мне кажется, что мы строим замок на песке, — тяжело вздохнул Джейсон, наблюдая за новобранцами на плацу. — Тренируем людей, ставим вышки, следуем кодексу… а Тьма все равно побеждает. И будет побеждать.

— Будет, — согласилась Мэй, пряча кончик бинта. — Но у нас есть ты. И Джоан. И Тина. И те парни и девушки, которые сегодня впервые подняли меч. Может, этого и недостаточно, чтобы победить. Но достаточно, чтобы не сдаваться.

Джейсон долго молчал, не отводя взгляд от строя новобранцев, которые раз за разом повторяли одно и то же упражнение. И в этот момент над городом раздался низкий, протяжный гул — сигнальный рог центральной башни-маяка, которая, благодаря чертежам с Южных островов, обрела новую жизнь.

На зов маяка отозвалась вышка на юго-восточной границе Эстера. На ее вершине пришли в движение три подвижные перекладины из дерева и металла, складываясь в знак начала передачи.

Новый Штаб располагался непосредственно на набережной Эстера, и стоило только Милтонам оглянуться, как оба заметили бликующие символы на вершине башни-маяка.

— Заработало! — выдохнула Мэй, и в ее голосе прозвучало что-то близкое к благоговению. — Телеграф заработал!

— Первое сообщение, — кивнул Джейсон, провожая взглядом сигнал, уходивший на восток, к Шеуту. — Клаус готовил его всё двулуние. Теперь посмотрим, услышат ли нас…

В Шеуте сигнал приняли час спустя.

На центральной площади собралась толпа — горожане пришли, едва заслышав глашатая. Его голос, усиленный жестяным рупором, разносился над притихшей площадью, и каждое слово растворялось в звенящей тишине.

«…мы потеряли почти все. Мы потеряли друзей, родных, близких. Мы потеряли силу, которая поколениями определяла нашу жизнь. Но мы все еще здесь. И пока мы помним тех, кто сделал эту жизнь возможной, мы не проиграли. Эстер, Шеут, Дрейбен, Мармиати-Ай — теперь это не просто города. Это обещание. Обещание, которое мы даем друг другу и тем, кто придет после нас».

Стивен стоял в толпе, сунув озябшие руки в карманы. Он сильно похудел за последнее время, сказывался ограниченный рацион еды, введенный повсеместно. Но в глазах больше не было отчаяния или обреченности, наоборот, в них снова загоралась спокойная, осмысленная решимость. Ведь он был одним из тех, кто выжил и стал свидетелем того, как мир снова становился единым.