Книга Верхний мир. Призрак свободы, страница 61 – Майя Олав Глакс

И только когда все вокруг стихло, внезапно раздался голос Эрики, уже добравшейся до одного из дальних грузовиков:

— А ты еще кто⁈

Тогда Джей и Джоан заметили темный силуэт, застывший вдалеке. Судя по тому, что он не шевелился, невидимка держала нож прямо у его шеи.

— Эрика, убери нож, пожалуйста… — раздался спокойный и ровный женский голос.

— С чего бы мне это делать? Отвечай, кто ты такая⁈ — Эрика вновь стала видимой, и, все еще держа нож у шеи девушки, подтолкнула ее вперед, выводя на свет.

Застывшие возле Стивена Джоан и Джейсон молча наблюдала за этой сценой, разглядывая незнакомку в легкой куртке и распущенными коричневыми волосами. А затем Милтон, вытащив из ножен меч, сделал несколько шагов вперед:

— Кто ты? И почему ты выглядишь… — он поднял клинок, направив острие прямо в грудь пришелице, — как она…

В неопределенном месте

Мгновение длиною в вечность. Казалось, именно столько прошло времени, прежде чем грудь поднялась в резком вдохе. Вдохе, который отозвался невыносимой болью, а с губ сорвался стон.

Холод пробирал до костей, открыть глаза не было сил, но нечто, терзающее изнутри, будто пыталось вырваться и тем самым не давало снова провалиться в небытие. Прошла еще целая вечность прежде, чем своевольную энергию, рвущуюся из тела, удалось утихомирить размеренным дыханием, и тогда в звенящей тишине стали различаться звуки — чьи-то далекие шаги, редкие раздраженные ругательства и легкое посвистывание. Иногда все это было словно бы чуть дальше, а иногда совсем рядом.

Первое, что смогли увидеть глаза, когда их удалось, наконец, открыть — это непроглядная Тьма. Не имея сил подняться или пошевелиться, приходилось лишь безотрывно смотреть в одну точку, лежа на чем-то твердом, обжигающим спину холодом точно так же, как ледяной воздух раз за разом обжигал легкие.

Спустя какое-то время начало казаться, что окружающий мрак — живой. Вот только не было ничего, и он едва уловимым потоком из всех оттенков черного не только струился прямо, но и стекал по ровным поверхностям, будто здесь были и потолок, и стены. Вскоре глаза стали различать и темно-серые тона, таким казалось какое-то подобие двери посреди черной стены, а возле нее нечто, напоминающее длинный стол со стульями. Словно здесь не было ничего, кроме Тьмы, и в то же время эта Тьма имела вполне узнаваемые формы. На одной из стен даже выделялись очертания широкого окна с крестообразными шпросами, но и за ним не было ничего, кроме Тьмы.

Глаза снова закрылись, и открылись лишь тогда, когда в комнате из клубящегося мрака вновь послышались шаги. В отличие от окружения, человек хорошо различался и казался вполне реальным. Заметив, что за ним наблюдают, он улыбнулся и подошел ближе.

— Ты, наконец, соизволила открыть глаза? — его голос был таким же холодным, как и все вокруг, а на лице играла злая усмешка.

Девушка, к которой он обращался, в ответ лишь кивнула, истратив тем самым весь запас своих сил, и снова отключилась, погрузившись в небытие. Когда же пришла в себя в следующий раз, то также была не одна. Теперь глаза привыкли к темноте быстрее, и мужчину, сидевшего напротив, удалось разглядеть лучше, хотя ему успешно удавалось слиться с окружением — черные волосы, черная кожаная куртка, такого же цвета и штаны. Он неотрывно следил за ней.