Книга Настоящий мужчина для разведёнки с прицепом, страница 29 – Милана Лотос, Алёна Скиф

Она фыркнула, сделав театральный жест рукой, сверкнув новым кольцом, купленным, очевидно, тем самым «спонсором».

— Уважение? Да ты просто от скуки развлекаешься! Ты же всегда таким был — холодным, бесчувственным! Тебе нужна только видимость порядка! И ты нашёл себе такую же…

— Замолчи. — Я не повысил голос. Просто произнёс это слово с такой окончательной интонацией, что её рот остался полуоткрытым. Я обошёл стол и встал перед ней, глядя сверху вниз. — Ты перешла черту. Ты позволяешь себе говорить о человеке, которого не знаешь. Позволяешь себе являться сюда и ставить под угрозу репутацию моего сотрудника. И делаешь это намеренно. Потому что ты, как всегда, думаешь только о себе.

— Я думаю о нашей семье! — выкрикнула она, но в её голосе уже не было уверенности, только привычная манипуляция.

— Нашей семьи больше не существует. Есть наша дочь Лика, которую ты сейчас пытаешься использовать как разменную монету. И есть ты, беременная от другого мужчины и пришедшая шантажировать меня этим. Ты не хочешь семью. Ты хочешь комфорт и статус, которые у тебя были. Но они закончились.

Я видел, как меняется её лицо. Злость сменялась паникой. Она поняла, что старые рычаги не работают.

— Я… я расскажу всем! Как ты издеваешься над беременной женщиной! Один мой звонок в СМИ…

— Звони Алис.., — перебил я её и, развернувшись, подошел к окну. Встал к ней спиной, показывая, что мне всё равно. — Расскажи всем, как, будучи замужем, ты забеременела от любовника. Как ты пыталась вернуться, а когда это не вышло, пришла орать в мой офис. У журналистов, поверь, отличное чувство юмора. А юристы моей компании с удовольствием подготовят встречный иск о клевете и вмешательстве в частную жизнь. Твоему… спонсору, — я сделал ударение на слове, — это вряд ли понравится.

В кабинете повисла гробовая тишина. Я слышал, как она глотает воздух.

— Ты… ты ничтожество, — прошипела она уже без сил.

— Возможно. Но это моя территория. И мои правила. — Я обернулся и посмотрел ей прямо в глаза. Взгляд был ледяным и бескомпромиссным. — Вот твои правила: ты никогда больше не переступаешь порог этого магазина. Не звонишь мне без крайней, жизненной необходимости, касающейся только Лики. И забываешь дорогу к садику, где воспитывается дочь моей сотрудницы. Если я узнаю, что ты хоть как-то пытаешься вредить Ольге Ковригиной или её детям — через сплетни, через своего Петю, которого я сегодня же выгоню к чертям собачьим, через что угодно — ты очень пожалеешь. У меня достаточно ресурсов, чтобы сделать твою жизнь очень неудобной. И твоего нового друга — тоже. Ясно?

Она молчала, побелевшая, сжимая сумку так, что костяшки пальцев побелели.

— А теперь… уходи. У меня запланирована важная встреча. И я не люблю, когда мне мешают.

Она ещё секунду постояла, словно парализованная, затем резко развернулась и, не сказав больше ни слова, выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью.

Я остался один. Дышал ровно, стараясь погасить адреналин, пульсирующий в висках. И в этот момент услышал за дверью сдержанный, но отчётливый звук — три чётких стука.

Моё внимание мгновенно переключилось. Я знал, кто это. Я ждал этого стука всё утро. После только что произошедшего разговора её появление было и долгожданным, и пугающим. Она слышала? Если да, то какую часть?