Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 125 – Рика Лав

— Мог бы, — согласился он легко. — Но где в этом веселье? К тому же, ты так мило краснеешь, когда смущаешься. Прямо до кончиков ушей. Просто очаровательно.

— Барсов! — рявкнула я, разворачиваясь к двери, но снова зажмуриваясь. — Я сейчас… сейчас возьму и швырну этот телефон в унитаз, и пусть твой Руслан ждёт тебя до второго пришествия!

— Ну-ну, — протянул он совсем бархатным тоном, что заставило меня вздрогнуть. — Не надо так нервничать, Ася. Просто подойди. Три шага вперёд. Я обещаю, что матовое стекло душевой всё скрывает. Почти всё.

— Почти⁈ — голос взлетел на октаву выше, почти до визга.

— Ну, силуэт виден, конечно, — продолжил он задумчиво, словно обсуждая погоду. — Но это не считается, правда? Контуры — это ведь не то же самое, что полноценный обзор. Хотя, если честно, контуры тоже могут быть весьма… информативными. Особенно при правильном освещении…

Я застонала, задаваясь и закрывая лицо свободной рукой, и сделала шаг вперёд, не открывая глаз, потому что оставаться в этом коридоре и слушать его издевательства было выше моих сил.

Второй шаг. Третий.

Нога наступила на что-то мокрое и скользкое, и я почувствовала, как равновесие уходит, земля исчезает из-под ног, и в голове мелькнула паническая мысль: сейчас я размозжу себе череп о мраморный пол, и последнее, что я услышу в жизни, будет смех этого красивого придурка.

Но падения не последовало.

Вместо этого сильная рука обхватила меня за талию, рывком притягивая к себе, и я врезалась в нечто твёрдое, горячее и категорически обнажённое. Глаза распахнулись сами собой от шока, и я обнаружила себя прижатой к груди Барса — широкой, мускулистой, покрытой каплями воды, которые стекали по рельефу мышц, исчезая где-то ниже, куда я отказывалась смотреть.

Его лицо было в нескольких сантиметрах от моего, волосы мокрые, а на губах играла такая довольная усмешка, что захотелось его ударить.

Или поцеловать.

Или и то, и другое одновременно.

— Поймал, — прошептал Кир очень хриплым голосом. — Всегда словлю, когда ты упадешь, помнишь? Да… Не помнишь.

Его рука на моей талии сжалась, пальцы скользнули под край футболки, коснувшись обнажённой кожи, и я втянула воздух в себя сквозь сжатые зубы. Вторая рука легла мне на бедро, удерживая, не давая отстраниться. Я осознала, что прижата к нему настолько плотно, что чувствую каждую линию его мокрого тела через тонкую ткань моей одежды.

Включая те части, о которых думать было нельзя, но мозг предательски фиксировал каждую деталь.

— Ты… — начала я, но голос сорвался, вышел слишком выдающим мое смущение. — Отпусти меня. Немедленно!

— Почему? — спросил Кир с притворным недоумением, наклоняя голову набок и рассматривая меня так, будто я была самой интересной вещью в мире. Насекомым, ага. — Ты же можешь упасть снова. Я просто обеспечиваю твою безопасность. Разве это не входит в мои обязанности как хозяина дома?

— Твои обязанности, — прошипела я, — не включают хватание меня голыми руками, когда ты сам… когда ты…

— Голый? — подсказал он услужливо, усмешка стала ещё шире. — Можешь говорить это слово вслух, Ась. Оно не кусается. В отличие от меня.

Последняя фраза прозвучала так двусмысленно, что я краска смущения и раздражения залила, наверняка, не только мое лицо, но и шею, и грудь, распространяясь жаром по всему телу. Он заметил это — конечно заметил, потому что смотрел прямо на меня, не отрывая взгляда, — и в глазах мелькнуло довольство, что заставило меня сглотнуть.