Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 127 – Рика Лав

— Нет, — выдохнула я, но слово прозвучало как сомнение в собственной адекватности, а не как утверждение.

— Нет? — Кир мягко улыбнулся, наблюдая за мной. — Тогда почему твои зрачки расширены? Почему пульс на шее бьётся так часто? Почему ты не убегаешь, хотя я дал тебе возможность? Я был очень хорошим студентом на лекциях по клинической психологии.

Его рука поднялась, пальцы легли на мою щеку, поглаживая большим пальцем скулу. Прикосновение было таким нежным, таким контрастирующим с его дразнящими словами, что внутри все болезненно сжалось от непонимания.

— Я тебя пугаю, маленькая? — спросил Барсов уже серьёзно, насмешка исчезла из его голоса, уступив место чему-то более глубокому. — Если да, то скажи прямо сейчас. И я отпущу тебя. Навсегда. Больше не буду дразнить, не буду прикасаться, не буду смотреть на тебя так, будто хочу… Не важно, что я хочу. Обещаю.

Я смотрела на Кирилла Барсова, а в сознании разворачивалась битва между разумом, который кричал «беги», и чем-то глубоким, что шептало «останься».

Он ждал, не торопя, не давя, просто смотрел мне в глаза и ждал ответа. Я поняла, что он серьёзен. Если я скажу «да», он действительно отступит. И почему-то эта мысль была невыносимой.

— Нет, — прошептала я наконец. — Ты не пугаешь меня. Пугает, что я теряю контроль. Пугает, что ты заставляешь меня хотеть вещей, которые я не должна хотеть.

Что-то вспыхнуло в его глазах — торжество, облегчение, нечто тёмное и опасное, — и губы мужские изогнулись в медленной улыбке.

— Вот и хорошо, — прошептал он, забирая телефон из моей руки. Пальцы скользнули по моим медленно, дрожь пробежала по позвоночнику. — Потому что я тоже теряю контроль рядом с тобой. И это пугает меня не меньше, чем тебя. Но знаешь что? Мне нравится это. Мне нравится, как ты смотришь на меня. Мне нравится, как краснеешь. Мне нравится, как пытаешься злиться, но не можешь. Мне нравится всё в тебе, Ася. Абсолютно всё.

Он шагнул назад, отпуская меня окончательно, и сразу приложил телефон к уху, возвращаясь к разговору с Русланом, скрываясь в душевой. Его голос мгновенно стал жёстким и деловым, будто только что между нами ничего не произошло. Дверь закрылась у меня перед носом, оставляя стоять с мыслями, которые разлетались в хаос.

Что это было? Что только что произошло? И почему, чёрт возьми, я хочу, чтобы это повторилось снова?

Я развернулась и побежала, вниз по лестнице, спасаясь бегством от собственных чувств, от его слов, от того, что он разбудил во мне. Но даже убежав, я знала, что это бесполезно.

Потому что где бы я ни была, его голос, его прикосновения, его взгляд будут преследовать меня, не отпуская.

И я не представляла, что мне с этим делать.

Ася

Остаток дня прошёл в напряжённом молчании, которое перемежалось короткими разговорами и случайными взглядами, каждый из которых заставлял меня краснеть и отворачиваться, не в силах выдержать внимание Кира.

К вечеру нервы были натянуты до предела, словно струны перед обрывом, и каждый звук, каждое движение в доме заставляли меня вздрагивать и оборачиваться, ожидая очередной провокации с его стороны. После инцидента в ванной я провела остаток дня, старательно избегая его — пряталась на кухне под предлогом уборки, поднималась наверх проверить, не нужно ли что-то в спальнях, даже вызвалась разобрать его рабочий кабинет, хотя он был идеально чист. Всё, лишь бы не оказаться с ним в одной комнате наедине, потому что я не доверяла ни ему, ни, что хуже, самой себе.