Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 220 – Рика Лав

Она кивала постоянно, но уже открывала рот, пытаясь что-то сказать. Перебил её, мягко, но настойчиво накрыв ладонью губы.

— Нет, Ася, это не обсуждается, — глядя прямо ей в глаза, сказал я, вкладывая во взгляд всю решимость. — Ты не идёшь за мной туда. Точка. Это мой окончательный приказ. Я не могу нормально работать, выполнять задачу, если буду постоянно беспокоиться о твоей безопасности, оглядываться, проверять, где ты, не попала ли под удар. Мне нужна свободная для принятия решений голова, а не трясущиеся от страха за тебя руки, от мыслей, что ты где-то рядом под пулей, ножом или ещё чёрт знает под чем. Понимаешь меня⁈

Она нахмурилась, но кивнула снова. В глазах её была смесь обиды, понимания и согласия. Обиды? Потом.

Я быстро поцеловал её, потом метнулся к машине Громова, схватил свою парку с капота, вернулся и тщательно укутал ноги и колени своей женщины, заворачивая в тёплый кокон.

— Сиди, грейся и жди меня, — велел, поправляя куртку. — Скоро вернусь. Очень скоро.

Я захлопнул дверь джипа и щёлкнул замком снаружи, чтобы Ася наверняка не вышла. Она прижала ладонь к холодному стеклу изнутри, поднимая на меня взгляд, и я на короткую секунду приложил свою с другой, стараясь ощутить и впитать тепло её кожи через преграду. Потом резко развернулся и побежал к остальным.

Время. Действовать надо немедленно, прямо сейчас, пока эти мрази не смотались вместе с детьми в неизвестном направлении.

Гром уже стоял у входа в полуразвалившийся дом метрах в пятидесяти, Дэн справа от него в боевой стойке, ребята Алекса и мои заняли позиции по периметру незаметно, словно призраки. Саликов вытащил табельное оружие из кобуры, держал его профессионально — стволом вниз под углом, палец вдоль скобы. Лейтенант был готов прикрыть нас огнём в случае необходимости.

Я пристроился за Громом слева, достал из кобуры под курткой свой огнестрел — не зарегистрированный официально, серый ствол, купленный через знакомых, но надёжный как швейцарские часы. Проверил магазин на полноту, передёрнул затвор, досылая патрон в патронник.

Алекс посмотрел на меня оценивающе, потом на Дэна.

Мы переглянулись молча, без единого слова. Не нужно было говорить ничего: больше десяти лет совместной дружбы и тренировок, сотни проведённых вместе операций, десятки реальных боёв плечом к плечу. Мы понимали друг друга с полужеста, с одного взгляда, с малейшего движения.

Громов показал на дверь жестом — три пальца. Отсчёт начался.

Три.

Дыши ровно. Сосредоточься. Отключи эмоции.

Два.

Марика внутри. Четверо других детей. Трое взрослых мразей. Быстро, чисто, без жертв среди детей.

Один.

Вперёд!

Кир

Удар.

Дверь вылетела с петель с оглушительным грохотом, разлетаясь щепками и кусками гнилого дерева. Я ворвался внутрь первым, как таран, Алекс влетел следом, Дэн за моей спиной слева.

— Всем стоять на местах! Руки на виду! — бахнул Алекс громовым голосом, который наполнил всё пространство тесного дома.

Мы двигались слаженно и отработанно, без суеты или паники. Я пошёл направо по коридору, методично проверяя комнаты по очереди, резко толкая двери ногой, держа ствол наготове, прицеливаясь в каждый тёмный угол.

— Чисто! — крикнул я громко, выходя из первой комнаты.

— Чисто! — откликнулся Дэн из второй слева.