Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 498 – Рика Лав

Сам я устроился стоя позади, положив ладони ей на плечи. Маленькая вся окаменела под этим касанием. Она потянулась к телефонной трубке на стене. Светлана напротив повторила движение зеркально, не сводя глаз с дочери.

Повисла тягучая и давящая тишина. Мы привыкли считать материнство чем-то биологически неоспоримым, будто сам факт рождения наделяет женщину умением любить ребёнка. Но вот они. Та, что дала жизнь — давно уступила её тому, что пожрало её изнутри задолго до того, как Ася успела стать взрослой. Та, что эту жизнь прожила рядом, — сидит теперь с лицом ребенка, у которого выдернули почву из-под ног, и ищет в чертах этой женщины отражение себя, ищет хоть какой-нибудь смысл.

Женщины смотрели друг на друга через толстое стекло с царапинами и следами от пальцев предыдущих посетителей, и ни одна не произносила первого слова. Мать и дочь, разделенные не только стеклом, но и пропастью предательств и разбитых надежд.

— Мама, — первой выдавила из себя Ася, сжимая руки на коленях в кулаки. — Я пришла, потому что мне нужна… твоя помощь.

В ответ на лице Светланы ничего не отобразилось. Только равнодушие, как зимний лед.

— Это насчет Марики, — продолжила жена, когда ответа не последовало, слова полились с ее губ все быстрее, нервознее. — Я говорила, что идет суд по опеке, и адвокат сказал, что информация от тебя может нам помочь. Если ты расскажешь…

— Мне не интересно, — бесцветно оборвала ее мать.

Ася вздрогнула, словно получила пощечину.

— Но ты же… ты же ее мать, — она наклонилась ближе к стеклу, пытаясь найти хоть что-то живое в этих глазах. — Марики. Разве тебе не важно, что с ней будет? Разве не волнует, кто будет ее растить?

— Марика в порядке, раз ты здесь, — Светлана пожала плечами с безразличием, что граничило с жестокостью. — Этого мне достаточно.

— Достаточно? — Ася повысила голос, но уже в гневе. — Ничего не достаточно! Ты не понимаешь⁈ Твоя мать, ее бабушка, претендует на опеку! Элоиза почти выиграла, и если мы не сможем доказать…

На этот раз реакция была мгновенной и пугающей. Я, прищурившись, наблюдал, как Светлана резко дернулась назад, отчего стул заскрипел ножками по полу, едва не опрокидываясь. Лицо ее исказилось ужасом, какой бывает у человека, увидевшего свой самый страшный кошмар наяву.

— Не смей! — прошипела она в трубку,

Ася нахмурилась, явно не понимая такой реакции:

— Я не понимаю… Это важно, Элоиза, твоя мать, сейчас почти выиграла. Я же тебе говорила, так вот, нам нужно…

— НЕ СМЕЙ! — заорала Светлана, охранник у двери дернулся с места, делая шаг в ее сторону. — НЕ СМЕЙ НАЗЫВАТЬ ЕЕ МОЕЙ МАТЕРЬЮ!

Я сжал плечи Аси крепче, удерживая на месте, она вскинула на меня испуганный взгляд карих глаз. Я наклонился к ней и она на ухо мне прошептала:

— В прошлый раз она была другой, Кир…

— Продолжай, маленькая, — я приложил трубку обратно к ее уху и прижался к ней виском поближе, чтоб лучше слышать.

Ася судорожно вздохнула.

— Но она же… она твоя мать, — попыталась возразить любимая.

— МНЕ ПЛЕВАТЬ! — Светлана принялась бить кулаком по столу перед собой.

— Тогда объясни мне… — пробормотала в ответ Ася, сжимая трубку обеими руками. — Скажи, что произошло между вами. Почему ты так реагируешь на ее имя⁈ Дай мне хоть что-то, хоть малейшую зацепку, что я смогу использовать в суде!