Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 7 – Рика Лав

— Понятно, — прошептала.

— Ась, — голос Алисы стал мягким и нежным, это обожгло сильнее, чем пощечина, — давай я просто помогу тебе. Ну пожалуйста. Сколько тебе надо? Я дам, правда.

Подачка.

Именно так это и прозвучало в моих ушах, хотя я знала, понимала. что Алиса не вкладывала в слова ничего плохого. Но гордость — вся израненная, затоптанная, но еще живая — взбунтовалась.

— Мне не нужны твои деньги, Алиса! — зашипела я, вскакивая со стула так резко, что он противно скрипнув, отодвинулся назад.

Голос почти сорвался на визг. Я немедленно возненавидела себя за эту истерику, за эту слабость, но не могла остановиться.

— Но мы же подруги, — Алиса смотрела на меня с такой болью и недоумением, что мне захотелось исчезнуть. — Подруги помогают друг другу, разве нет?

— Я тебе все сказала! — прошипела ей зло. — Мне не нужна твоя помощь!

И тут в разговор вступил ОН.

Его хриплый, спокойный голос прозвучал как выстрел в тишине:

— Ну и дура.

Я замерла и медленно обернулась к нему.

Кир сидел, откинувшись на спинку стула, разминая шею. Даже не смотрел на меня, когда говорил. Просто бросил эти слова в меня небрежно, как мусор.

— Что⁈ — выдохнула я, ощущая, как внутри вскипает ярость.

Барсов наконец соизволил посмотреть на меня. Карие глаза были холодными и оценивающими. Мне как всегда сделалось жутко от этого взгляда.

— Тебе подруга помощь предлагает, — произнес он медленно, будто объясняя что-то глупому ребенку. — От чистого сердца. А ты ей швыряешь это в лицо. По-моему, это и есть определение дурости.

Я свела челюсти так, что что-то хрустнуло. Он… он ничего не понимал! Не понимал, почему так страшно оказаться кому-то должной! И никогда не поймет, сытая, самодовольная скотина!

— Да… ты… — я не нашла слов, только сжала кулаки до боли в ладонях. Хотелось впиться ему в лицо и расцарапать наглую морду.

— Кир, ты не прав, — неожиданно строго сказала Алиса, вставая рядом со мной.

Ее голос звучал твердо, она защищала меня. Это втрое увеличило мой стыд перед ней за вспышку злости и истерики.

— Не делай таких выводов, ничего не зная о ситуации Аси.

Кир открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут Дэн, молчавший до этого момента, едва заметно качнул головой. Один короткий жест — и Кир замолк, откинувшись назад, только прищурился сильнее и повел могучими плечами.

Воцарилась напряженная тишина. в которой я чувствовала себя загнанной, униженной, чужой. Чужой среди них.

Мне нужно было бежать и прямо сейчас. Пока окончательно не развалилась на куски прямо перед ними.

— Ладно, — пробормотала я, хватая свою потрепанную куртку со спинки стула. — Пойду я. Зря пришла, только побеспокоила вас с утра пораньше.

— Ты не побеспокоила, — голос подруги дрогнул, и когда я взглянула на нее, то со стыдом увидела слезы в ее глазах. — Я за тебя переживаю, Ась. Очень переживаю.

— Все в норме, Алиса, — я попыталась улыбнуться, но получилась, наверняка, жуткая гримаса. — Все у меня хорошо. Как всегда.

Кир закатил глаза — я видела это боковым зрением. Этот жест, полный презрения и снисходительности, добил меня окончательно.

Да, конечно. Просто «бабские проблемы». Просто истеричка, которая не умеет принимать помощь. Пусть так и думает, этот самодовольный придурок.

Чертов Барс!