Книга Право тебя любить, страница 90 – Нюта Царёва

Я замираю, вслушиваюсь в его слова, пытаюсь найти в них подвох, хоть тень сомнения.

— Ты… ты серьезно? Ты действительно готов на это? — мой голос дрожит.

Виктор улыбается, и его улыбка, как солнечный луч в ночи, у меня перехватывает дыхание.

— Я готов на все, лишь бы ты была рядом. Искренне не вижу разницы, чем ребенок, которому мы подарим дом, будет хуже ребенка нашей крови? Он будет нашим. Нашим с тобой. Нашим по любви. А это главное.

И в этот момент во мне что-то переламывается. Окончательно и бесповоротно. Та стена недоверия, страха и боли, что я выстраиваю столько времени, рушится, рассыпается в прах под напором его абсолютной, безоговорочной любви. Вик не просто принимает мое увечье, он даже не видит в нем увечья. Он видит просто еще один путь. Путь к нам.

Слезы текут из моих глаз ручьем, тихие, очищающие. Я не пытаюсь их сдержать. Я плачу от облегчения, от счастья, от осознания того, что наконец-то свободна. Свободна от своего прошлого, от своих демонов, от страха будущего.

— Я верю тебе, — шепчу сквозь слезы, прижимая его ладонь к своей щеке. — Я верю и люблю тебя. Я так тебя люблю…

Виктор не говорит ничего, просто притягивает меня к себе, прижимает мою голову к своей груди и позволяет мне выплакать все до конца, тихо гладя мои волосы и целуя макушку. И я плачу, чувствуя, как его любовь омывает каждую клеточку моего тела, залечивает каждую рану, делает меня новой. Целой. Наконец-то позволяю себе поверить в это чудо. Без оглядки.

Просыпаюсь от того, что у меня затекла рука, но я не двигаюсь. Боюсь пошевелиться и спугнуть это хрупкое, невозможное счастье. Голова Леры лежит у меня на груди, ее дыхание ровное и спокойное. Я вдыхаю запах ее волос и все еще не могу поверить, что это не сон.

Моя вторая рука лежит у нее на талии, и я чувствую, как пальцы сами по себе слегка сжимаются, проверяя, реальна ли она.

Лера шевелится, чувствуя мое движение, и задирает на меня голову. Ее глаза сонные, но улыбающиеся. — Ты опять? — ее голос хриплый от сна. Лера берет мою руку и прижимает ее к своей щеке. — Я никуда не исчезну. Я обещала.

— Знаю, — целую ее в макушку, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Просто проверяю.

Она смеется и переваливается на меня. Ее голос нежный и счастливый, он заставляет мое сердце биться чаще.

— Дурак. Я твоя. Навсегда.

Мы валяемся в постели, целуемся, смеемся, как два подростка. Я щекочу ее, а она визжит и пытается отбиться. В этот момент раздается резкий, настойчивый звонок в дверь.

Лера замирает.

— Кто это? — шепчет она.

— Не знаю, — пожимаю я плечами. — Не жду никого. Ну если только любовницу…

— Ах так! — дурашливо бьет меня по плечу.

Целую ее в нос и сползаю с кровати.

— Не двигайся, я сейчас ее спроважу и продолжим.

Накидываю на себя первые попавшиеся под руку штаны и босиком иду открывать. В голове ни одной мысли. Распахиваю дверь. На пороге стоит женщина в возрасте, в которой я узнаю мать Леры. Ее глаза округляются от шока и медленно ползут по моему торсу, задерживаясь на царапинах от груши и свежих синяках. Она смотрит на меня так, будто я инопланетянин.

— Мы ничего не заказывали, — хмыкаю я, опираясь о косяк.

Ее взгляд вспыхивает злостью. — А я ничего и не продаю, — фыркает она и буквально прорывается в квартиру мимо меня, громко возмущаясь: — Лера! Лера, что этот… этот голый мальчик делает в твоей квартире?!