Книга Сводные. Ты не для меня, страница 96 – Нюта Царёва

— Хватит врать! — рявкает отец. Я такого тона у него не слышала никогда. — Я все знаю Луиза. Ты подделала тест ДНК, убедила меня в том, что жена мне изменяла! Какая же ты тварь!

Я застываю. Внутри все леденеет от ужаса. Закрываю рот ладонью, чтобы не закричать.

— Я сделала это для тебя! — оправдывается мама. — Ты бы никогда не ушел от жены.

— Я и не собирался, — рычит отец. — Это ты мне внушила какую-то ересь, а потом заняла место жены.

— Что-то ты не сильно горевал все эти годы, — хмыкает она.

— Откуда ты знаешь? Ты даже не спросила ни разу.

— Мне не интересно. Что было, то прошло, — отмахивается мама. — Это не повод разводиться.

— Повод, еще какой. Но это не все. На вот послушай, — папа что-то включает какую-то запись, и я слышу голоса. Мамы и Кая.

Когда понимаю смысл колючие мурашки ползут по коже. Не может быть. Это же… Нет. Я не хочу этого слышать. И знать. Почему Кай не рассказал мне? Зачем скрывал?

— Ты шантажировала моего сын и вынуждала его стать твоим любовником, — глухо комментирует отец, а я уже не сдерживаю слез. Они ровными дорожками текут по щекам.

— Я хотела защитить Мэри! — голос матери рвется на крик. — Я не могла допустить, чтобы этот отброс оказался в нашей жизни!

— Его зовут Кай! И он ее любит, — строго говорит папа.

— Я пыталась спасти ее!

— Хватит! Перестань врать уже!

Я стою в коридоре, замерев, вцепившись в ремешок сумки. Холодно. Даже при том, что на улице тепло. Отец говорит спокойно, но каждое его слово, звучит как удар.

— Я подал на развод. Разговоров больше не будет. Ты сегодня же соберешь вещи и исчезнешь из моей жизни.

— Ты с ума сошел? — мама в ужасе.

— С чем пришла ко мне, с тем же и уйдешь.

Сердце стучит в ушах. Громко. С каждой секундой все глуше, как будто в тоннеле. Я делаю шаг вперед и оказываюсь в кабинете.

— Это все правда? — спрашиваю я.

Голос звучит тихо, надломленно, но этого хватает, чтобы они оба замолчали.

Мама оборачивается первой. Лицо побледнело. В глазах растерянность, но она быстро берет себя в руки.

— Мэри, солнышко, ты не так поняла…

— Не поняла? — я сжимаю ремешок сумки сильнее. — Ты подделала тест ДНК, соврала, угрожала Каю, втоптала его в грязь просто потому, что он не захотел с тобой спать. Это называется «не поняла»?

Мама открывает рот, но я не даю ей шанса.

— А знаешь, что самое страшное? Я когда-то тебе верила. Я думала, ты хочешь мне добра. А ты просто ненавидишь всех, кто не подчинился тебе. Ты ненавидишь всех вокруг и меня тоже.

— Я тебя защищала! — срывается она. — Ты была слишком наивна, слишком уязвима! А он… он из грязи, Мэри! Он бы разрушил тебе жизнь!

— Кай дал мне жизнь, — говорю я. Тихо, но отчетливо. — Настоящую. Без страха, без манипуляций, без вечной вины.

Мама молчит и только дышит часто. Губы ее дрожат, руки тоже.

Я смотрю ей в глаза без злобы и жалости. Решение зреет внутри и становится единственно верным.

— Ты больше мне не мать. Я знать тебя не хочу.

Она вскидывает голову.

— Мэри…

Я отворачиваюсь. Отец стоит чуть поодаль. Смотрит на меня и не говорит ни слова, лишь кивает в знак поддержки.

— Прости, пап…

Разворачиваюсь и выхожу из дома, не обернувшись. Солнце все еще ярко светит, но внутри у меня метель. Больно и обидно за Кая. Теперь я понимаю, что он пережил. То, что не заслужил. Хочется обнять поскорее моих мальчиков и рассказать, как сильно я их люблю.