Книга Билеты в один конец, страница 35 – Слава Доронина

В приемной пытливые, оценивающие взгляды – все мои. И девушки как на подбор. Развел тут гарем.

Сообщив претенденткам, что собеседований больше не будет и что Владиславу Александровичу стало нехорошо, секретарь показывает, где готовят кофе. Она разглядывает меня, даже не скрывая своего интереса.

Безумно стыдно, но сохраняю невозмутимый вид. Хотя думаю, все и так слышали и поняли, почему вакансия закрыта.

Не знаю, что происходит и что вообще делает со мной этот человек, но с ним будто какая-то другая версия Татьяны.

И мне это даже нравится.

Вопреки всем осуждающим и пренебрежительным взглядам других соискательниц. Потому что они вряд ли смогли бы так, а я смогла.

И смогу еще больше.

Наверное.

Варю кофе, добавляю сахар. Чтобы справиться с этим, особого ума не надо.

Я возвращаюсь в кабинет и ставлю поднос перед Владом. Он берет чашку, делает несколько глотков и прикрывает глаза, будто пытаясь удержать вкус во рту или сосредоточиться на ощущениях. Снова морщится – то ли от горечи, то ли от общего недомогания.

— Получше?

— Не особо. Но сейчас пройдет.

Влад чуть откидывается назад, скользит по мне плотоядным взглядом и на полном серьезе говорит:

— Вечером закрепим. Ты еще не прошла собеседование.

Легкая ухмылка касается его губ, словно он предвкушает, как я отреагирую.

— Закрепим? – Скептически поднимаю бровь. – Ты едва языком ворочаешь. Если нужны услуги сиделки, то это за отдельную плату.

— А вам, Татьяна Андреевна, палец в рот не клади… – Влад больше не скрывает улыбки. Он разглядывает мои губы. Долго, намеренно пристально. Причем так многозначительно… вызывающе.

Я смотрю на него в ответ.

Просто смотрю.

В памяти всплывают слова Толи. Что я никчемная. Что без стажа мне дорога одна – по херам скакать в поисках того, кто согласится взять на содержание.

Ирония судьбы, но почти так и выходит.

Таня

— Еще указания? – спрашиваю я, когда Таранов, допив кофе, отставляет чашку.

— Да. Поставь телефон на зарядку. Я покемарю минут двадцать. Ты в кресле посиди, почитай документы, те, что на столе. Как очухаюсь до конца, пойдем есть. Перед закреплением нужно восстановить силы.

— В смысле?

— В прямом. Поведу тебя в кафе. Тут недалеко. Не бойся, из зарплаты не вычту.

— Ой, спасибо, великодушный, – ерничаю я и, взяв поднос, иду к двери.

Оставляю все Виолетте и возвращаюсь.

Влад лежит, прикрыв глаза. Закинул забитые татуировками руки за голову и размеренно дышит. Так быстро отключился?

Я втыкаю кабель для зарядки в его телефон и сажусь в кресло. Все стараюсь делать максимально тихо. Не цокать каблуками, не шуршать бумагами, потому что Таранов, кажется, и впрямь задремал.

Погружаюсь в это его «посиди и почитай документы». Интересно, будто роман, только без литературных художеств. Хотя тема неприятная. Из-за личных обстоятельств. У меня и так сейчас нехватка денег, а тут какой-то перец с женой судится, они с Владом хотят оставить бедняжку без всего. В буквальном смысле. Как и меня мой Толя.

На слове «мой» спотыкаюсь. Уже не мой. После того как мы на днях распрощались… В жизни бы не подумала, что связалась с таким мелочным мудаком.

Прочитав дело от корки до корки, я поднимаю голову проверить, как там Владислав, – и натыкаюсь на его заинтересованный взгляд.

— Ошибку совершаю. Работу и личное совмещать нельзя. Но в содержанки пойти ты не согласишься.