Книга После развода. Я не твоя война, страница 99 – Марта Макова

— Да. Ему полтинник точно есть. — зло фыркнул Егор.

Пятьдесят — это ещё далеко до старика. Многие мужчины в пятьдесят выглядят ого-го. И по тому, как Егор реагировал на мужа своей бывшей жены, "старик" был совсем не стариком. Егор ревновал. Или мне показалось?

— И она спокойно оставила вам сына, не претендовала на него? — подозревая худший из известных мне вариантов, тихо спросила я.

— Моя бывшая — умная баба. Вариантов у неё было немного. Остаться без сына и без всего, или оставить Мишку со мной, но получить при разводе нормальный раздел имущества и возможность устроить свою жизнь. — без малейшего признака сожалений или сомнений в своей правоте, отчеканил Протопов. — Мишка видится с матерью, когда она приезжает в Россию.

— Понятно. — тихо протянула я и посмотрела на часы. — Мне пора на работу. Спасибо за обед и компанию, Егор.

— Так как насчёт ужина, Ольга? Может быть, завтра? — чуть склонив голову к плечу, очаровательно улыбнулся Егор.

Вот только очаровать меня мужчине, отобравшем ребёнка у матери, было так же невозможно, как допрыгнуть до Юпитера. Ни завтра, ни послезавтра, никогда у меня с этим человеком ничего быть не могло. Мне хотелось выплеснуть остатки кофе ему в лицо. Стереть эту самодовольную улыбку с его рожи. Но как женщина взрослая и воспитанная, я вежливо улыбнулась.

— Спасибо за приглашение, Егор, но нет.

— Почему? — прищурился Протопов, пряча под ресницами мелькнувшую злую искру.

— Потому что я как раз такая женщина, у которой при разводе муж отобрал детей. Нам с вами, Егор, не по пути.

Он меня понял, потому что резко исчез из моего поля зрения. И даже если привозил или забирал Мишу из школы, на глаза мне не попадался. Видимо, ждал сына на улице в машине.

Мы прожили в этом доме столько лет вместе, что я до сих пор не могла привыкнуть, что Димы здесь больше нет. Натыкалась то здесь, то там на какие-то вещи, напоминающие о нём и о нашем общем прошлом, и внутри начинало болезненно тянуть.

Я целый год прожила в лютом стрессе, и он уходил очень медленно. Как затяжная болезнь: температура и воспаление спали, но слабость не отпускала тело и оно ещё помнило боль.

Поэтому, всё, что я сейчас хотела и что мне требовалось для восстановления — это душевный покой, которого я не находила. Я развод хотела, детей хотела, честного раздела имущества. Всё получила, но почему-то это не радовало. Оказалось, что я не умела жить вне брака.

Дима, за восемнадцать лет моего замужества, так глубоко и прочно пророс в меня, что я не могла избавиться от ощущения, что всё сейчас не так.

Я пошла на терапию. Мне нужно было научиться жить вне брака, перестать бояться, вернуть себя прежнюю. Научится снова смотреть в глаза дочерям без необходимости прятать во взгляде боль и страх. Потому что они его всё равно видели, улавливали и от этого нервничали и сами боялись.

Долго искала психолога, который внушил бы мне доверие. Не могла прийти к первому попавшемуся и открыть перед ним и без того израненную, кровоточащую душу. А ещё я решила, что это должна быть женщина. Она может лучше понять меня.

В интернете на психолога Ингу Суржевскую было много положительных отзывов от женщин, прошедших через тяжёлые разводы с абьюзивными мужьями. И я решила рискнуть.

Терапия была сложной. Мне было тяжело выворачивать свою душу наизнанку. Ещё сложнее признавать свои ошибки. Понимать, что сама загнала себя в ловушку полной материальной и эмоциональной зависимости от мужа. Что то, что я считала правильным — полное погружение в семью, мужа и детей, оказалось западнёй. То, что считала главным ориентиром в жизни, привело к тому, что я практически потеряла себя, забыла, о чём мечтала в юности.