Книга Мёртвая женщина идёт, страница 12 – Лилит Де Лука

Из моих губ вырывается вздох, когда прилив наслаждения пронзает меня.

Брамс больше, чем жалкое подобие хуя Оливера.

Вместо своего чудовищного члена он начинает вводить в меня гладкую холодную рукоятку ножа.

Я вздрагиваю, почти подпрыгивая. Не думала, что он действительно это сделает.

Он не останавливается, вводя и выводя её, чтобы покрыть рукоятку моими соками. Жар приливает к моей киске, увлажняя нож ещё сильнее. Я смотрю на него сквозь ресницы. Тёмные глаза устремлены на моё лицо, наблюдая за мной. Его свободная рука движется, и тот самый указательный палец вновь находит мой клитор.

Внезапно мне становится всё равно, что нож опасно торчит во мне. Каким-то образом опасность делает меня ещё влажнее и возбуждает сильнее. Ебать, он может меня порезать, но, надеюсь, его язык будет рядом, чтобы облегчить боль.

— Бля-ядь, — стону я, запрокидывая голову. Мои вены, моё тело и моя голова горят. Пальцы сжимают раковину, пока они не белеют. — Пожалуйста, не останавливайся.

Я умоляю серийного убийцу. Он мог бы вытащить из меня этот нож и перерезать моё ёбаное горло, а я тут умоляю его.

Он хрипло выдыхает.

Мои глаза открываются и опускаются на его член. Тот подёргивается, и пока Брамс трахает меня рукояткой, лезвие упирается ему в бедро, опасно близко к его стволу. Меня накрывает волна удовольствия.

Ему это нравится. Больной ублюдок.

Я тянусь вперёд, стараясь не двигать бёдрами. Касаюсь его, чувствуя, как напрягаются под пальцами его упругие мышцы. Я жду, наблюдая за его лицом и ожидая, что он остановит меня.

Но он не останавливает.

Я задираю его свитер, и передо мной открываются напряжённые кубики пресса и шрамы, покрывающие низ живота.

Он сделал это сам или это работа чужих рук? Я мгновенно хочу узнать правду.

Мои пальцы касаются одного из шрамов цвета слоновой кости, прежде чем провести по сочащейся головке, торчащей из-под пояса.

Он, блядь, рычит, подходит ближе и вонзает нож в меня быстрее.

Мои икры обхватывают его бёдра, притягивая ещё ближе. Пальцы стягивают его штаны, чтобы я могла обхватить его рукой.

Его член пульсирует, и из горла вырывается стон.

Я отстраняюсь, наблюдая, как доля секунды страха заливает его глаза. Ухмыляясь, я наклоняюсь вперёд, чтобы плюнуть прямо в центр ладони. Затем я скольжу ладонью по его головке и вниз по стволу.

Он закрывает глаза, и глубоко вдыхает.

Моя плоть сжимается вокруг его ножа, затрудняя проникновение в меня. Я замечаю, что мои пальцы едва касаются друг друга, когда я обхватываю его.

Он рычит, и это посылает дрожь по моему трепещущему телу. Его рука не перестаёт двигать рукояткой ножа внутрь и наружу, а другой он с идеальной скоростью ласкает мой клитор.

— Он из тех, кто умеет делать несколько дел сразу, не запутавшись.

— О боже! — моя голова откидывается назад, пальцы слегка дрожат вокруг его члена. Напряжение сжимает мои бёдра.

Он стонет в знак одобрения, приближаясь.

Моё зрение затуманивается, глаза закрываются. Мои бёдра двигаются, доставляя ещё больше удовольствия.

— Твою мать. Блядь. Пожалуйста, не останавливайся.

Он не останавливается, толкается в мой кулак, а его стоны вырываются из горла. Этот звук — музыка для моих ушей.

Мои бёдра дрожат, когда я вижу, как за моими веками вспыхивают звёзды, и нож входит в меня настолько глубоко, насколько это возможно, не причиняя мне боли. В тот момент, когда он это делает, моё естество сжимается, затрудняя движение.