Книга Зона Златовласки. Любовь не по уставу, страница 28 – Анастасия Сиалана, Асоль Ари

— Слушаюсь, адмирал, — я выдержала его взгляд. — Никакого эпоса. Только скучная наука.

Спутник Нерита встретил нас пронизывающим холодом и серой, безрадостной панорамой. Когда аппарель шаттла опустилась, в лицо ударил ветер, наверняка пахнущий аммиаком и морозной пылью, но подтвердить эту догадку из-за фильтров было не суждено. Ландшафт напоминал замерзшее болото, окруженное бритвенно-острыми, изломанными скалами, которые торчали из земли, словно гнилые зубы гигантского чудовища. Гравитация была чуть ниже земной, из-за чего каждый шаг давался с непривычной, обманчивой легкостью.

Мы шли плотным строем. Варг шагал впереди, его экзоскелет тихо гудел. Я двигалась в центре, не сводя глаз с экрана портативного спектрометра, который тихо пощелкивал, анализируя состав почвы. Эш замыкал группу, сверяя навигационные маркеры.

— Датчики показывают стабильный грунт впереди, — доложил один из техников, молодой парень по имени Рик. Он уверенно зашагал к широкой, идеально ровной светлой низине, которая выделялась на фоне черных скал, как залитое молоком блюдце. — Отличная площадка для забора глубинных проб. Я установлю бур...

Я посмотрела на экран своего анализатора. Столбик температурного графика внезапно дернулся, выдавая аномалию. Под гладкой, невинно-белой поверхностью низины цвело красное тепловое пятно.

— Стойте! — мой голос хлестнул по внутренней связи так резко и пронзительно, что Рик замер с занесенной для шага ногой, балансируя на краю.

— Иара, Варг, Эш и Рик, немедленно меняем вектор! Мы туда не пойдем.

— Почему? — искренне удивился Рик, оборачиваясь ко мне. Его визор тускло блестел. — Грунт же идеально ровный. Идеальная плотность по эхолоту, как у бетона.

— Потому что эта «гладкость» — это не твердая порода, а сверхнасыщенная коллоидная кремниевая взвесь. — Я быстро подошла ближе, останавливаясь на безопасном расстоянии и указывая металлическим щупом на едва заметную дифракцию света у самого края белой пустоши. — Эхолот обманывается, показывая высокую плотность, потому что это неньютоновская жидкость. Если вы резко ударите туда буром или бросите камень, она ответит вам жесткостью асфальта. Но стоит вам наступить, и постоянное, мягкое давление вашего веса мгновенно разрушит поверхностное натяжение. Вязкость упадет до нуля. Вы провалитесь в сверхплотный базальтовый плывун глубиной в тридцать метров, и он намертво сомкнется над вашей головой быстрее, чем Варг успеет моргнуть. Без шансов на буксировку.

Варг тяжело, с металлическим лязгом опустил свою массивную руку на плечо заметно побледневшего под визором техника, грубым рывком оттаскивая его назад, подальше от белой смерти.

— Ты слышал аналитика, парень. Шаг в сторону — и я лично оторву тебе голову, чтобы ты не мучился от удушья, подыхая в этой жиже.

Иара Мев, стоявшая чуть в стороне с плазменной винтовкой наготове, уважительно кивнула мне:

— Принято, Ветрова. Давай новый маршрут.

Мы обошли опасную зону по длинной, изматывающей каменистой дуге. Я физически, всем телом чувствовала, как прямо сейчас, с каждым шагом, меняется отношение ко мне в группе штурмовиков. Я больше не была для них просто «хрупкой новенькой с умными глазами», которую нужно опекать. Я стала их радаром, их настоящими глазами, от которых зависело, вернутся ли они сегодня на корабль своими ногами или останутся в архивах как строчки некрологов.