Книга Узы Геркулеса, страница 205 – Жасмин Мас

Шепотки стали громче.

Погодите.

И все?

Мои змеи расслабились.

Все складывалось как нельзя удачнее, потому что у меня не было денег, а со следующей недели – и крыши над головой.

Дом Артемиды от меня отрекся – на одну змею еще могли закрыть глаза, но три были неприемлемы, – у меня не осталось ни наследства, ни места, куда я могла бы вернуться. Горгоны тоже меня отвергли, рассуждая так же, как Артемида: во мне было слишком много от Спартанцев.

Алексис говорила, что все нормально, но я понимала: на вилле я всем только мешала. Патро и вовсе не скрывал своей ненависти.

Мне дали шанс составить план.

— Могло быть и хуже, – сказала я Алексис. – Я всегда хотела получить высшее образование, но у Хтонических существ не так много вариантов. Все правда хорошо. Я смогу выяснить все, что…

— Нет, – спокойно сказал Аид, сидящий через несколько кресел от нас.

Э-э, что?

По федерации пронеслась новая волна шепотков.

— Для нее будет небезопасно находиться среди Олимпийцев, – громче сказал Аид. – Особенно после… всего, что произошло.

У меня внутри все оборвалось.

Я успела забыть, что стала для Олимпийцев врагом номер один и синонимом падения великого Дома Зевса.

Годы в тюрьме действительно влияли на репутацию.

Может, мне удастся покорить их своим природным шармом?

Хотя постойте, у меня его нет.

В двадцать один год меня ввели в стазис, и для всех я была всего лишь «болтливым книжным червем, который видел то, чего нет, и на которого никто не обращает внимания». А очнулась я в мире, где «Соколиные хроники» называли меня «жестокой, могущественной, бесчестной змеиной мразью и предательницей, сговорившейся с Титанами».

И меня бы это позабавило, если бы я не была занята борьбой с паническими атаками, накатывавшими от одной лишь мысли об охранниках и…

Не думай о них.

Не думай о том, что они с тобой сделали.

Во время моего прекрасного (адского) заключения отношения с горгонами ухудшились, Титаны каким-то образом мутировали и отрастили крылья, назревала война.

Я прислонилась к Алексис, чувствуя себя оторванной от реальности. Она излучала уверенность и успокаивающую энергию. В ее присутствии казалось, что все будет хорошо. Она меня уважала, слышала, верила мне. Она ценила то, что я умела.

В отличие от подставивших меня Олимпийцев и охранников, которые…

Даже не смей об этом думать.

Алексис сжала мою руку, будто почувствовала мои метущиеся мысли.

Для меня она стала оплотом безопасности.

Лишь она отделяла меня от приступов паники, черной бездны боли, осколками разбросанной вокруг моего сердца, и мрачных мыслей.

Алексис Хёрт была моим героем.

— Что ты предлагаешь? – Афина вздернула бровь, глядя на Аида.

Арес и Артемида наклонились вперед и что-то шепнули ему на ухо.

Я замерла, поймав на себе взгляд последней.

Мамочка? Я усмехнулась про себя, но тут же себя одернула, потому что это не улучшало мою репутацию сумасшедшей. Артемида отреклась от меня в тот самый момент, как я родилась с тремя змеями, поэтому я никогда по-настоящему не знала эту женщину.

Судя по взглядам, которые она бросала в мою сторону, мне повезло.

Аид кивнул им, а затем повернулся к Афине.

— Главы Хтонических Домов, – властным тоном сказал он, – разрешат ей посещать занятия при условии, что с ней будут два телохранителя. Они поступят вместе с ней и будут сопровождать ее двадцать четыре часа в сутки.