Книга Узы Геркулеса, страница 209 – Жасмин Мас

Они попались в мою ловушку. Я улыбнулась.

— Domus.

Бдыщ.

Дым клубился вокруг нас – мы снова стояли в пустой, темной столовой – жалюзи были закрыты, а в камине тихо потрескивал слабый огонь.

Мы вернулись на место преступления.

Я хотела перенести нас в спальню, но что-то внутри меня, должно быть, хотело другого.

— Ты… только что… – Харон замолчал, уставившись на меня, словно он и правда не мог поверить в мою смелость.

Август облизнул нижнюю губу.

Мне стало смешно, и я их отпустила.

Харон снова заговорил, и в его голосе сквозило неверие:

— Только не говори, что ты только что перенесла двоих людей на опасно короткое расстояние сразу после того, как телепортировалась с собрания федерации.

Я закатила глаза – ничего страшного не произошло.

— Так уж и быть, не скажу, – ответила я.

Харон огляделся по сторонам. В его глазах зажглось понимание, он запрокинул голову и рассмеялся хриплым басом.

Август присоединился к нему, и на его щеках появились ямочки.

— Ты доверяешь мне, carissima? – все еще улыбаясь, спросил Харон.

Его голос понизился на октаву, затрепетали темные ресницы.

Я уставилась на шрам на его голове.

— Да.

Харон смахнул локон с моей шеи.

— Тебе правда не стоит, дорогая.

Он осторожно снял с меня корону и положил ее на стол.

Август наблюдал за нами из-под опущенных ресниц.

Бетховен за роялем запрокинул голову. Частично глухой, он чувствовал вибрации душой.

Как и я.

Харон подошел к столу и выдвинул деревянные стулья с подлокотниками. Август последовал его примеру.

Они поставили их так, чтобы сидеть лицом друг к другу, на расстоянии вытянутой руки.

Мое лицо покраснело, когда я вспомнила, что сказал Харон несколько недель назад.

Потом… Мы с Августом сели бы друг напротив друга и по очереди трахали тебя часами.

Мне вдруг перестало хватать воздуха.

Они медленно подошли ко мне.

Харон схватил меня за затылок, запустив пальцы в волосы, и рывком притянул к себе. С отчаянным стоном его губы завладели моими.

Я ответила на поцелуй с тем же запалом.

Август подошел сзади и обхватил меня за бедра, ногтями впиваясь в кожу сквозь ткань тоги.

Рва-а-ак.

Шелк упал к моим ногам, и прохладный воздух коснулся обнаженного тела.

Под платьем я была совершенно голой.

Август схватил меня за задницу и принялся мять обе ягодицы своими сильными пальцами. Он покрывал поцелуями мою спину, ногтями впиваясь в кожу.

«Такая прекрасная… такая совершенная… такая божественная», – мурлыкал он в глубине моего сознания, в такт каждому прикосновению губ.

Я запустила пальцы в короткие шелковистые волосы Харона и потянула на себя, целуя его еще глубже. Привкус шторма растекался на языке.

С металлическим звоном его корона упала на пол. Никто не стал ее поднимать.

Харон запрокинул мне голову, яростно проникая языком глубже мне в рот. Ладони легли на мои груди. Большими пальцами он дразнил мои соски, пока они не затвердели, рассылая волны удовольствия в глубину моего лона.

Они были повсюду.

Губы и руки пожирали меня – абсолютное распутство.

Я схватила рубашку Харона за лацканы и дернула в стороны, желая исследовать его кожу, но глупые пуговицы не поддавались.

Харон отпрянул. Я покачнулась, но Август не дал мне упасть, удерживая меня за бедра и продолжая целовать мне спину по линии позвоночника, словно одержимый.