Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 215 – Роберт Кеппел

Банди предположил, что убийца мог начинать разговор, упоминая знакомое имя – подругу жертвы или женщину, с которой уже был знаком. Это позволяло завязать разговор и вызвать доверие, особенно на фоне слухов о пропавших девушках.

Так произошло с Пейдж Майли. Мужчина на Южном Тихоокеанском шоссе неожиданно спросил ее о Ким Нельсон – женщине, с которой Майли работала всего один раз. Нельсон исчезла в тот день, когда они вместе «вышли на панель». У Майли это сразу вызвало тревогу. Позже она и обратилась к детективам, понимая, что упоминание пропавшей подруги не могло быть случайным.

Банди полагал, что убийца живет один и может держать тело рядом с собой столько, сколько считает нужным. Показания свидетелей подтверждают это.

Роуз Хан, снимавшая дом у Риджуэя, рассказала, что он жил один в переоборудованном гараже, пользовался общей кухней и ванной, но вечерами чаще отсутствовал. Если появлялся – оставался в своей комнате.

Марша Уинслоу вспоминала, что муж называл гараж «своим личным пространством» и запрещал ей туда заходить. Он часами отсутствовал по вечерам, возвращался грязным и мокрым, объясняя это «поломками машины». Позже Риджуэй признался, что действительно привозил жертв домой и убивал там.

Банди полагал, что убийца имеет стабильный график «понедельник – пятница». Так и было: Риджуэй тридцать лет работал автомаляром в компании «Кенуорт», его смена шла с 15:40 до 00:10. Большинство исчезновений приходилось на его выходные.

После рождения сына Мэтью Риджуэй стал фанатично посещать церковь, затем перешел в пятидесятническую. Он ходил по домам с миссионерскими визитами и плакал после служб. «Марша вспоминала, что Риджуэй часто сидел по вечерам перед телевизором с открытой Библией на коленях, а после церковных служб плакал», – говорится в аффидевите. Возможно, он пытался переключить свою ярость или изгнать ее через религию, но Банди оказался прав: Риджуэй действительно пережил религиозное обращение.

Одно из самых точных наблюдений Банди касалось 36-летней Амины Агишефф. Детективы считали ее жертвой Убийцы с Грин-Ривер, но Банди говорил, что возраст не совпадает с профилем: Ривермен выбирал совсем молодых женщин. После ареста Риджуэй яростно отрицал причастность к ее убийству: «Я горжусь тем, что делаю. Не хочу отдавать это кому-то другому».

По сделке с прокуратурой он обязан был признаться во всем, иначе получил бы смертную казнь. И действительно, Риджуэй упомянул преступления, о которых полиция даже не знала. Так зачем же ему отрицать преступление, которое детективы включили в список Убийцы с Грин-Ривер? Это было значимо.

Когда Банди попросил меня поверить, что «некоторые убийства – это нормально», и отнестись к его заявлению непредвзято, он также объяснил: убийца выбирает жертву не только по обстоятельствам, но и по психологическому значению. Риджуэю нужно было заниматься сексом со своими жертвами, и, как он рассказал полиции, иногда он возвращался на места их захоронения для удовлетворения извращенных потребностей. Он подробно описывал свои убийства, объясняя, почему ему нравились молодые жертвы: их было легче контролировать, легче манипулировать ими.