Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 93 – Роберт Кеппел

У Теда были свои основания считать, что Ривермен живет в районе Такомы.

— Я думаю так, потому что почти все жертвы перемещались на юг от мест, где их видели в последний раз. Это может быть его попыткой сбить вас со следа. Сдвиг – заметный, не случайный. Исключение – Уэнди Коффилд из Такомы, но в остальном направление сохраняется. Я считаю, что он просто ехал домой.

Он говорил без спешки, как человек, уверенный в своей интуиции:

— Он знает эти горы. Просто пробует разные варианты. Но взгляните на тех, кого нашли восточнее Энумклоу. Это северо-восток округа Пирс и юго-восток округа Кинг – ближайшие горные районы к Такоме, Пьюаллепу и Оберну. Я хорошо знаю эти места и уверен: там должно быть больше тел. Уже нашли три, но, когда я узнал про первые два, сразу подумал: «Там минимум пять». Река, о которой вы говорите, – не единственная его ориентация. Это иголка в стоге сена. Посмотрите, где можно свернуть с трассы, проверьте грунтовые дороги – мне кажется, вы найдете больше.

Далее он говорил уже как аналитик:

— Видно, что он действует по схеме: увозит жертв из Сиэтла в горы на западе, далеко на юг или сдвигается восточнее Энумклоу после осени восемьдесят третьего. Это не хаос. Места он выбирает обдуманно и, скорее всего, возвращается туда не один раз: привезти тело, проверить, все ли на месте, оценить обстановку.

Тед обратил внимание на то, что похищения и захоронения связаны между собой. Он полагал, что убийца избегает долгой дороги с жертвой, заранее подбирает точки, где ему удобно действовать. В 1984 году, когда мы еще не знали истинных масштабов его передвижений, это могло выглядеть правдоподобной теорией. Но к 1985-му стало ясно, что Убийца с Грин-Ривер иногда возил тела на расстояние свыше пятидесяти миль.

Тем не менее схема, которую отметил Тед, оставалась важной. Даже если расстояния были куда больше, чем он предполагал, логика выбора мест все равно прослеживалась. Мы учли его наблюдения и попытались использовать их для создания предварительного профиля преступника.

В рассказе Теда о Ривермене я искал любые зацепки, которые могли бы пролить свет на его собственное поведение. Могло ли его удивление из-за отсутствия закономерности что-то сказать о нем самом? Либо у Теда была своя схема преступлений (о которой знал только он – мы ее так и не выявили), либо его поразило, что другой убийца мог заранее продумать, как не выдать свою схему. В любом случае интерес Банди к «схеме» Ривермена многое говорил о нем самом.

Следователи традиционно ищут закономерности в череде преступлений – это дает шанс взять преступника с поличным, правильно спрогнозировав место следующего нападения. Метод отлично работает с грабителями или взломщиками, а иногда – и с серийными убийцами. Самый впечатляющий пример – операция по поимке убийцы во время расследования убийств детей в Атланте.

Наше расследование лишь подтвердило слова Теда. Несколько раз он пояснял:

— Позвольте заметить… у меня, когда я впервые услышал об этих делах, сложилось свое мнение. Интуитивное. Простите, если повторяюсь – возможно, вы это уже обсуждали тысячу раз. Но когда я увидел ваш список жертв с местами находок, многое изменилось. Даты исчезновений, даты обнаружения, расстояния – все это заставляет смотреть иначе. Если, конечно, исходить из того, что все случаи связаны. А я думаю, что они связаны: детали слишком уж совпадают.