Книга Роковая ошибка мистера Куина, страница 51 – Бенедикт Браун

Мне хотелось поверить в эту разгадку, но что бы ни случилось в том году между Тилли и Себастьяном, звучали их проблемы по-детски. Как это могло привести к смерти человека?

— Прости, Додо, но я сомневаюсь. Себастьян умер в 1918-м в битве на Лисе. Допустим, он выжил – и все это как-то связано с его коротким прибыванием здесь, – при чем здесь Люсинда? Что она ему сделала?

В ее голосе промелькнула злость, она пришпилила меня взглядом к месту:

— Не разговаривай со мной как с дурочкой, Мариус. Только не ты.

Ее слова тут же унес ветер. Я не знал, что сказать.

— Я не хотел тебя обидеть, – попытался я объясниться. – Просто я не могу раскрыть убийство на одних домыслах и слухах.

— Прости, что вышла из себя, – сказала она, тщательно подбирая каждое слово. – Я устала, что со мной разговаривают, как с ребенком. – На губах ее заиграла скромная улыбка. – Кстати, я сейчас работаю в библиотеке Хёртвуда. Присматриваю за старыми книгами и архивирую документы.

Ее нерешительная восторженность обрадовала меня. Мы оба одинаково любили такие места.

— Обожаю библиотеки. Около моего дома в Лондоне есть библиотека, я постоянно хожу туда читать и писать. Маленьким я часто прятался в красивейшей сокровищнице в поместье Беллы, любовался дорогими книгами. – Мне казалось, что я еще недостаточно ее отвлек, так что продолжил: – Плюс мне ты ничего не должна доказывать. Сегодня я уже пытался тебе сказать, насколько твои тексты вдохновили меня.

— Ой, Мариус, перестань! – Улыбнувшись, она зашагала с видовой площадки в лес. Мне понадобилась пару секунд, чтобы осознать, что она и правда ушла, а затем догнать ее.

— Додо, почему ты мне не веришь? – спросил я, катясь с холма.

— Потому что это ерунда. Я никогда в жизни никого не вдохновляла. Я не такая, и ты это знаешь. – В нашу последнюю встречу она кипела мечтами и амбициями. Жаль было видеть, как этот мир ее утомил. – У меня не получилось тебя убедить, Мариус, но поверь мне. Тот, кто написал эти письма, знает, что Хитоны сделали Себастьяну Кейну.

Весна 1917-го

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Пока мужчины Британии сражались и умирали во Франции, а наш король и политики поливали грязью немецких варваров с континента, восемь друзей в Хёртвуде проживали лучший год своей молодой жизни. Зима по морозу не уступала пяти своим предшественницам, и снег шел до самого апреля. Поэтому, когда погода изменилась, казалось, будто они собрали чемоданы и переехали на другую планету.

Они знали друг друга с самого детства, но, как это часто бывает, с течением времени и взрослением общение начало меняться. В воздухе витала любовь. Она была почти осязаемой и не испарялась ни на секунду. Даже в школе, среди еще тридцати ребят самых разных возрастов, они не могли вести себя по-прежнему.

Из восьмерки друзей Джеймс и Мариус были старше всех и по возрасту в любую минуту ждали призыва. Нэд и Ричард были на год младше, плюс в их компании были девочки: Белла, Люсинда, Тилли и Додо.

У каждого имелась своя роль. Белла была доброй, Люсинда веселой, Мариус лидером, а Джеймс Хитон видел в каждом врага – ну вот такой он был человек. Тилли была сдержаннее своего брата, а Додо проводила все свое время, читая книги или сочиняя тексты, пока жизнь проносилась мимо. Ее младший брат Нэд был самым младшим в компании, он не знал, как вписаться, но очень старался. Ну а Ричард Фэрбенкс был очень самовлюбленным – он бы разозлился, что мы оставили его напоследок, – но при этом был умен и готовился менять мир. Как детали пазла, они были разными, но при этом идеально сочетались. Они обожали Хёртвуд и не представляли свои жизни по-другому.