Книга Разбуди меня в Сеуле, страница 145 – Надежда Тихомирова

— Ты видела, как он осел на скамейку, когда заметил, что нас уже четверо? Четыре Каюн?

Кенни истерично захохотала: видимо, растерянный вид господина Муна ее по-настоящему поразил.

— Ты почувствовала себя королевой вечеринки, Каюн? – с ухмылкой спросила она у подруги.

Кенни была права: в какой-то миг Каюн действительно ощутила торжество, но потом ее накрыло горечью. Да, Джехи чуть не сломал ее, но вчера ночью он будто надломился сам, и ей было мучительно на это смотреть.

— Дженни, ты успела заметить, как он странно повел себя в конце нашего представления? Скосил глаза и расширил их, как будто встретился с привидением. Это смотрелось жутковато.

— Я заметила, – кивнула Дженни. – Сразу после этого он чуть не потерял сознание.

— Хорошо, что просто вырубился… видимо, от пережитого. Я проверила его дыхание. Но сейчас мне кажется, мы слишком жестко с ним обошлись.

— Я не знаю, что сказать, Каюн. – Дженни пожала плечами, помолчала. – Такие, как Джехи, просто так не заканчиваются… Ты можешь позвонить ему, если волнуешься. – Она пытливо взглянула подруге в глаза.

Каюн, прямо ответив на ее взгляд, слегка усмехнулась:

— Нет, что ты, я усвоила урок. А он… Я уверена: он, как всегда, выпутается.

— Ты, однако, кислая! Пожалела Джехи, а? – Кенни бросила насмешливый взгляд на Каюн и поспешно улыбнулась, заметив, как та мучительно скривилась от ее слов. – Ну, характер у него – не булочка с корицей, да? Брось ты ему сочувствовать!

— Я и не сочувствую! – упрямо мотнула головой Каюн. – Просто то, что ты о нем накопала…

— Детство как детство – не сахар, но и не ужаснее, чем у остальных. – Кенни жестко посмотрела в глаза Каюн. – Трудное детство – не повод так себя вести, понимаешь?

— Да! – тут же отозвалась Каюн и улыбнулась Кенни уже намного увереннее.

Кенни была рада помочь девочкам – впервые с момента формирования группы она ощутила, что они стали настоящей семьей. Возможно, прошло достаточно времени, а может быть, это была заслуга Каюн, которая стала последним недостающим элементом, скрепившим весь пазл.

Всего пара дней ушла у Кенни на то, чтобы разнюхать о Джехи всю подноготную. Она была единственной из «ангелов», кто не привлек внимания Муна, и поэтому не была заметна в его окружении. Это позволило ей поговорить как бы невзначай с его бывшими девушками и партнерами по бизнесу, выясняя особенности его характера и необычные моменты биографии.

Кенни даже съездила в местечко, где родился Джехи, – городок Кенджи на северо-востоке. Там она познакомилась с учителями и соседями актера. К его матери, которая, как оказалось, была еще жива, Кенни все же не решилась зайти, хотя знала, что Джехи давно не поддерживает с ней связь. Соседи отозвались о ней как о «странной женщине со стеклянным взглядом, которая, возможно, уже выжила из ума». Что ж, те истории, которые рассказали соседи, вполне могли произвести на свет вот такого взрослого Джехи. И теперь у Кенни в руках был материал, на котором можно было организовать придуманный «ангелами» спектакль.

Единственная сложность заключалась в том, чтобы стать абсолютными, единоутробными близнецами на целый час. Чтобы даже самый пристальный глаз – и тем более чокнутый подозрительный Джехи – не заметил ни малейшей разницы. Что ж, мастер профессионального театрального грима им в помощь.