Книга Кейта: Дочь Леса. Книга 1, страница 70 – Мария Эмви

Кейта смотрела на него, и ярость в ее глазах медленно сменилась растерянностью. Она увидела в лице Инсина не врага, а человека, раздавленного горем. Такого же, как она сама.

— Мы должны идти, — повторил он, протягивая руку. Ту, в которой не было катушки. — Пожалуйста. Я не могу вернуться без тебя. И я не хочу оставлять тебя здесь на растерзание им!

В этот момент из леса донесся первый звук. Низкий, горловой рык, от которого волосы на затылке встали дыбом. Тени под деревьями обрели форму. Уродливые, скрюченные силуэты с горящими, как угли, глазами начали медленно выходить на поляну. Иллюзорный мир, ее последнее убежище, превращался в смертельную ловушку. И единственный, кто мог ее отсюда вывести, был тот, от кого она так отчаянно пыталась сбежать. Увидев первых абаасы, Инсин понял — время уговоров кончилось. Вся его мягкость и осторожность вмиг испарились. Эти детские игры, обиды и обвинения были сейчас совершенно ни к месту. На кону стояли их бессмертные души!

— Соберись уже, Кейта! — рявкнул он, и его голос прозвучал как удар хлыста. — Хочешь умереть — так умирай в настоящем бою, а не здесь, в своих же слезах и соплях! Ты воительница или испуганный ребенок⁈

Его резкие, жестокие слова подействовали лучше любых уговоров. Они отрезвили Кейту, вырвали из плена жалости к себе. Ярость, направленная на него, мгновенно переключилась на новую, реальную угрозу. В ее синих глазах снова зажегся огонь. Она — Дочь Леса, а не добыча для подземных тварей! Девушка тут же подбежала к нему и, не говоря ни слова, крепко схватила протянутую руку. Их пальцы сплелись.

— Бежим! — крикнул Инсин, и они сорвались с места, уносясь прочь с поляны, которая на их глазах превращалась в пиршество для демонов.

Но куда бежать? Лес вокруг них менялся. Серебристое сияние сменилось багровым, больным светом. Деревья, казалось, изгибались, превращаясь в костлявые, скрюченные руки, которые пытались их схватить. Земля под ногами стала вязкой, как трясина. А рычание и хихиканье абаасов раздавались уже со всех сторон. Они бежали, не разбирая дороги, но коридор между жизнью и смертью не хотел отпускать своих новых гостей. Он был хуже любого болота Черных Топей — играл с ними, менял ландшафт, заводил их в тупики. Да еще и абаасов становилось все больше. Они не нападали в открытую, а кружили вокруг, как стая гиен, — хихикающие, бесформенные, сотканные из мрака тени, чьи горящие глаза разжигали в душе первобытный, леденящий ужас. Духи из Нижнего мира высасывали волю, питались страхом.

Инсин чувствовал, как слабеет хватка Кейты. Она была все еще духом, беззащитным и уязвимым.

— Я не могу… долго… — прошептала она, задыхаясь. — Они… забирают мои силы.

Неужели все так и закончится? Он вырвал ее из плена воспоминаний только для того, чтобы отдать на растерзание демонам? И тут он вспомнил про катушку в своей руке. Нить! Его якорь, их спасение!

— Сюда! — крикнул он, резко сворачивая в сторону. Инсин поднял руку, в которой был зажат кулак с катушкой, и увидел ее. Тонкая красная нить, натянутая, как струна, уходила куда-то в багровый туман. Она указывала путь. Путь к выходу! Заложники Междумирья побежали вдоль нити, и надежда снова вспыхнула в сердцах. Абаасы, казалось, боялись приближаться к алому следу, они держались на расстоянии, злобно шипя и рыча.