Книга Поклянись, что это правда, страница 103 – Меган Брэнди

— Поэтому ты выбрал Авикс, – понимаю вдруг. Ноа всегда хотел быть рядом с мамой, а после того, что с ней случилось, просто не мог ее оставить.

Он кивает:

— После этого с ней долгое время все было в порядке, а потом наступил тот день… Мы играли финальный матч моего первого сезона в Авиксе. Мы выиграли. Представляешь, я не промахнулся ни разу. Боже, я никогда не играл так, как в тот день! – Его губы дрожат, когда он вспоминает об этом. – Мне не терпелось позвонить маме, рассказать ей обо всем. Я все еще был на поле, в форме, репортеры окружали меня со всех сторон, но сначала я должен был поговорить с ней. Я слушал гудки, довольно долго, а когда трубку наконец взяли, это был не ее голос. И я сразу понял, что снова случилась беда. Но я не мог и подумать, что все будет так плохо в этот раз.

Я не в силах вынести боль, что звучит в каждом его слове. Подхожу совсем близко и заглядываю Ноа в глаза.

— Пойдем.

Я хочу, чтобы он понял: мне не нужно больше ничего объяснять, не нужно подготавливать меня. Я пойду с ним. Я так хочу. Мне это необходимо.

Я ему нужна сейчас…

— Я хочу с ней познакомиться.

Он долго смотрит на меня, потом кивает.

— Да, пойдем, и ей очень хочется познакомиться с тобой.

— Она знает, что я приду?

— Да, Джульетта, знает, – шепчет он.

У меня пересыхает в горле, и когда Ноа протягивает мне руку, я беру ее.

Вместе мы направляемся в реабилитационный центр, чтобы встретиться с женщиной, создавшей парня, который идет сейчас рядом со мной.

* * *

Я хихикаю и сажусь поудобнее.

— Честно, родители пытались научить меня, но ничего из этого так и не вышло.

Миссис Райли – она весьма настойчиво уговаривает меня называть ее Лори – улыбается.

— Но, судя по тому, что я слышала, сейчас у тебя неплохо получается.

Он рассказывал ей обо мне?

— Может быть, раньше ты не была готова к чему-то новому в своей жизни, – мягко говорит она, и я киваю. – А теперь готова… – В ее словах звучит материнская доброта и мудрость.

Чувствую, как колотится в груди сердце. На глазах выступают слезы, отчего лицо этой милой женщины немного расплывается.

— Да, наверное. У меня хороший учитель. – Поворачиваюсь к ее сыну, который подмигивает, как будто ждал, что я взгляну в его сторону. Улыбаюсь и снова смотрю на Лори. – Я ныла, что все мамины рецепты из кулинарной книги скучные, и она буквально перетряхивала ее всю, пока не находился хоть один, по которому я могла хоть как-то приготовить, а папа расстраивался и заставлял Мейсона помогать мне. А как-то мама позвала всех наших друзей, чтобы угостить их моей стряпней… – Я вздыхаю. – Результат был ужасающий.

Лори и Ноа смеются, и мне становится радостно, когда я вижу, что они берутся за руки. Ноа сидит на краю больничной койки, он хочет быть как можно ближе к маме. Хочет, чтобы она видела, как он ее любит, как скучает по ней. Он ценит каждое сказанное ею слово, а я восхищаюсь ее внутренней силой, благодаря которой Лори может улыбаться и даже смеяться, хотя ее мир уменьшился до размеров больничной койки.

Ноа ловит мой взгляд, и меня поражает его удивительное самообладание.

— Значит, у тебя большая семья? – тихо спрашивает Лори, вновь привлекая мое внимание.

— Да. Тети, дяди, двоюродные братья, сестры. Друзья, которые тоже уже семья.

— Это близкие для тебя люди?