Книга Обуздать любовь, страница 37 – Ольга Персиянова

— Могли бы хоть предложить, – я вцепилась в подарок и с силой сжала его.

Мне было абсолютно всё равно, что лежит внутри, потому что выглядело это дешёвой отмазкой.

— Мы встретились, чтобы подарок выбрать, ты не писала, мы гуляли. Как-то само собой получилось, – Света опустила глаза, и я машинально последовала её примеру.

И тут мой взгляд уткнулся в её ладонь, сжимающую ладонь Саши. В голове зазвучал гонг, как в телевикторине, когда участники дают правильный ответ. Всё наконец-то сошлось! Они вместе, и я им не нужна. Щека непроизвольно дёрнулась, как от удара. Вести диалог дальше я не могла. Не было желания ни видеть, ни слышать их.

— Спасибо за подарок, – бросила я, разворачиваясь, и пошла в раздевалку.

Оттуда я отправилась прямиком в КСК. До тренировки оставалась ещё уйма времени, но это было единственное место, в котором у меня получилось бы отвлечься от грустных мыслей. Спустя два часа я уже закончила всё, что только могла придумать: промазала седло и оголовье, вычистила коня до такой степени, что на нём не осталось ни пылинки, разобрала амуничник, не только свой, но и всё помещение, натёрла сапоги и разложила все вещи в шкафу по цвету и сезонности.

Я боялась остановиться, чтобы ощущение, что меня бросили и предали, не заполнило без остатка, придавив тяжестью навязчивых вопросов. Я уже жалела, что не высказала Саше и Свете всё, что думаю о них. Когда я в третий раз выволокла Летс Гоу из денника и принялась очищать хвост от несуществующих опилок, вошёл Ярослав.

— Ты зачем коня так рано вытащила? – он придирчиво осмотрел Летс Гоу, а затем осмотрелся и добавил: – Ты здесь с ночи, что ли?

Я покачала головой, не отрывая глаз от чёрной блестящей гривы Летс Гоу. Парень помолчал ещё несколько минут, обошёл нас кругом и спросил:

— Соня, у тебя всё хорошо?

Нет, у меня не всё хорошо. Уже давно. С тех пор, как травмировался Страдивари, а Саша решил пригласить меня на дискотеку. Я глубоко вздохнула и хотела произнести ёмкое: «Нет», но вместо этого принялась жаловаться на друзей, выплёскивая то, что предназначалось им: замешательство, обиду, злость, боль.

Я рассказала про день рождения и про то, как они пошли без меня в кино. В глазах стояли слёзы, я всхлипывала, еле переводила дыхание и опять говорила, размахивая руками так, что Ярослав аккуратно отодвинул меня от коня, чтобы тот не испугался. Когда силы закончились, я замолчала и уставилась в одну точку.

Ярослав стоял рядом и выглядел озадаченным. Кажется, я поразила его своими откровениями. Мы никогда не разговаривали по душам, даже не делились друг с другом тем, как прошёл день. Наверное, это было неуместно. Возможно, он решит, что я истеричка. Ну и пусть. Разве я стану от этого в его глазах хуже? Он и так меня недолюбливает.

Ярослав быстро поседлал коня и протянул мне повод:

— Иди шагать.

— Рано ещё, – глухо отозвалась я.

— Чем больше пошагаешь, тем лучше. На лошади не будет времени думать ни о чём другом.

Наверняка он хотел, чтобы я исчезла вместе со своим нервным срывом. И я покорно пошла вместе с Летс Гоу в манеж.

Ярослав оказался прав: с того момента, как я перекинула ногу через седло, всё плохое выветрилось из головы. Тренировка удалась, и Елена Михайловна, которая незаметно появилась рядом, похвалила меня за прогресс. Она была уверена, что на соревнованиях мы покажем отличный результат. Я тоже почти не сомневалась в этом.