Книга Обуздать любовь, страница 40 – Ольга Персиянова

Наконец, закончился последний урок, и я вылетела из кабинета раньше всех, на ходу надев и застегнув куртку. На земле начали появляться проталины, из которых выглядывала прошлогодняя трава. На деревьях крупными бусинами набухли почки, тёплый, но сильный ветер гнал по небу облака, похожие на взбитые сливки. В другое время я бы обязательно остановилась и насладилась переменами в природе, но сейчас хотела поскорее оказаться на соревнованиях, чтобы ощутить атмосферу, по которой так скучала.

Захватив из дома стартовые вещи, я села в автобус и не помнила, как добралась до КСК. Всю поездку я представляла, как еду схему и какие команды даю коню. В конюшне было оживлённо: многие уже выступили и теперь приводили лошадей в порядок, кого-то отчитывал тренер, кто-то разглядывал судейские протоколы и вздыхал из-за низких оценок. Недалеко от Летс Гоу было особенно шумно.

Там на развязках^[38] стояли приезжие лошади, спортсмены, тренеры и коноводы. Из-за их громких обсуждений звенело в ушах. Я протиснулась сквозь толпу и подошла к коню. Жеребец был напряжён и ходил кругами по деннику. Пыль от опилок завивалась вихрем в солнечных лучах. Я зашла внутрь, дала ему угощение, и конь нервно выхватил его из моих рук, едва не укусив за палец.

— Эй, тише. Всё хорошо, – я погладила его по шее, но он будто не заметил прикосновений, высоко поднял голову и прислушивался к тому, что происходило в конюшне.

Дальнейшие наши сборы были сумбурными. Летс Гоу беспокойно крутился, не давая заплести гриву красиво. Шишечки выходили разного размера, и в результате я потратила на его причёску на двадцать минут больше, чем ожидала. Время подготовки стремительно истекало, я нервничала, что могу опоздать на разминку. Без Ярослава процесс сборов получился долгим. Он предупредил, что сегодня едет к врачу на повторный рентген.

Поначалу я даже подумала, что обманывает: не хочет видеть, как на его коне выступает какая-то девчонка, но после вчерашней прогулки решила, что это совпадение.

Надев парадную форму, я посмотрела в зеркало и поправила воротник фрака. Новый шлем идеально сочетался с глянцевыми сапогами, и всё вместе это смотрелось как образ лучшей всадницы мира. Я с лёгкостью могла представить, что не только выгляжу, но и выступаю так же.

Но Летс Гоу, судя по всему, думал по-другому. Беды начались уже с посадки: жеребец не желал стоять спокойно, и я чуть не упала, когда поставила ногу в стремя, а он резко отскочил в бок. На шагу он торопился и всё время переходил в рысь. Мы с Еленой Михайловной решили, что лучше дать ему бежать, чтобы он спустил лишнюю энергию, но это не помогло. На рыси он ускорялся, и при этом пропускал половину моих команд. Летс Гоу то ложился на железо^[39], и рукам становилось невыносимо тяжело, то вдруг контакт с конём у меня совсем пропадал. Реакция на команду ногой была такая же неоднозначная.

К концу разминки я была готова расплакаться. Когда мы перешли к основной части, конь стал излишне стараться: он задирал ноги так высоко, как никогда. Я ловила на себе завистливые взгляды конкурентов, но в глубине души понимала, что долго это не продлится, и он скоро устанет. Да и главная задача – показать лучшие стороны судьям, а не другим спортсменам. Но Летс Гоу будто бы был на своей собственной волне, в другом мире.