Книга Лекарь слепого генерала, страница 40 – Елена Смертная

— И ты решил побить мальчишек, чтобы защитить меня?

Престон рвано кивнул. Наконец, он перестал всхлипывать и посмотрел на меня. Глаз уже начинал потихоньку заплывать. Скорее всего, завтра опухнет так, что ничего и не видно будет.

— Я сначала сказал им про заботу и вот это всё, что ты мне рассказывала. А они только смеялись. И тогда я ударил, — он опять приложил лед к глазу, надулся и произнес куда тише: — Но их было больше…

— Ох, мой милый, — я вновь обняла Престона покрепче. Внутри разлилась такое приятное тепло. Хотя я понимала, что нужно как-то объяснить мальчишке, что драться — это точно не выход из ситуации.

— Даже не знаю, что и сказать, — выпалила в сердцах, не найдя слова сразу. И вдруг со стороны коридора послышалось неожиданное:

— Зато я знаю.

Мы с Престоном синхронно вздрогнули. И только поэтому каждый из нас понял: ему не послышалось.

Племянник тут же вскочил с кресла. Я тоже обернулась в изумлении. Нам не привиделось. В дверном проёме стоял Леогард. Возможно, Дерби проводил врача и решил рассказать хозяину, что случилось. Но даже так я была просто поражена тому, что он всё-таки решил спуститься.

— П-папа? — не веря своим глазам, запнувшись произнес Престон.

Лео не видел нас, но слышал голоса, и казалось, что через свою белоснежную повязку он глядит прямо в нашу сторону. Генерал держался рукой за дверной косяк, но стоял ровно.

— Ты молодец, Престон, — с отцовским стержнем похвалил Лео и едва улыбнулся. — Поступил как мужчина.

Даже у меня перехватило дыхание от столь простой, но очень важной сцены. Ведь мальчик не видел своего отца уже кучу времени. Ему банально заходить в спальню не разрешали, отговариваясь вечными: «отец отдыхает, не мешай ему».

Сердце защемило. Я посмотрела на племянника и заметила, что у него глаза наполнились слезами. Мне кажется, он мог заплакать даже без похвалы. Просто потому, что снова может произнести «папа» в присутствии Леогарда.

У меня и самой слезы выступили на глазах. В отличие от меня, Престон моментально вытер лицо рукавом и очень бодро заявил:

— Пустяки! Им досталось больше, чем мне!

— Ну и славно.

Генерал уже развернулся, будто хотел вновь направиться к лестнице наверх. Но я быстро поднялась с подлокотника и поскорее спросила:

— Лео, подожди. Мы как раз собирались садиться пить чай, — пока говорила, уже оказалась рядом и взяла мужа под руку. — Пойдём с нами, пожалуйста.

Генерал вздохнул. Будто ночной зверь, которому было неуютно на солнечном свете, и он пытался забраться обратно в конуру.

— Для него это очень важно, — совсем тихо шепнула я.

— Ну хорошо, — со скрипом согласился Леогард.

Я не видела в этот момент лицо Престона. Но уверена, он забыл о любой боли из-за недавней драки.

Я ощущала атмосферу неловкости, сидя за столом. Увы, просто вновь пойти на контакт — это очень мало. Мужчинам предстояло заново сблизиться, ведь Престон годы нормально не общался с отцом. Потому сейчас в его присутствии жутко робел, говорил нервно, невпопад.

Леогард не облегчал ситуацию. Он тоже был в уязвимом положении. Крепко сжимал кружку, не смея выпускать её из рук. Ничего не ел. Только медленно пил чай. И делал всё, чтобы не оконфузится из-за своей слепоты. Потому собеседник из него получался так себе. Сложно вовлечено разговаривать с сыном, когда сидишь столь напряженный, будто ждёшь выстрела.