Книга Ксения Чуева. Шепот касания, страница 122 – Эва Гринерс

Просто сделать то, о чём просила Аделаида.

Вытолкнуть дар. Вот только как? Несколько секунд ничего не происходило.

Потом я вдруг почувствовала знакомое покалывание в кончиках пальцев, тот самый шепот. Точно такое же возникало перед видениями. Только обычно оно приходило извне. Теперь же поднималось изнутри.

Сначала кончики пальцев, потом ладони, запястья.

По рукам словно потекла тёплая вода. Медленно, неотвратимо, поднимаясь всё выше к локтям.

К плечам, к горлу, к самому сердцу.

Мне показалось, что я стою внутри невидимой волны.

Она росла, набирала силу, наполняя каждую клеточку тела.

И впервые в жизни я не принимала этот дар, не смотрела в него, не позволяла ему захлестнуть себя — я сама выпускала его наружу. Открыла глаза. И вытолкнула. Не руками, не мыслью — всем существом.

Дом содрогнулся. Где-то наверху жалобно застонали балки. Пол под ногами дрогнул.

По стенам пробежала едва заметная рябь, словно старое дерево вдруг стало поверхностью воды.

За спиной резко вдохнула Аделаида. Я почувствовала, как её рука нашла мою и крепко сжала пальцы.

— Ксения... - почти шёпотом сказала она. — Ты видишь?

Я видела. Карты. Все карты вокруг нас. Они больше не лежали на полу. Каждая приподнялась на несколько вершков. Они медленно кружились вокруг нас против часовой стрелки, словно подхваченные невидимым течением. Изображения на них дрожали и двигались, как живые.

— У нас получается, — выдохнула Аделаида.

И в этот момент я поняла, что происходит не только со мной. Что бы она сейчас ни делала своим даром, это требовало от неё не меньше сил.

Дом снова вздрогнул. На этот раз сильнее.

И мне вдруг показалось, что где-то в самой глубине старых стен кто-то очень медленно открыл глаза.

Карты до этого медленно кружили над полом, но теперь кольцо сжалось, стало плотнее. Я не могла оторвать от них взгляд. От старых потёртых карт исходило странное ощущение силы, накопленной за долгие годы чужих судеб, вопросов и ответов.

В следующую секунду дверь с такой силой ударилась о стену, что весь дом содрогнулся. Внутрь ворвался ледяной порыв ветра, а вместе с ним — стая ворон. Огромные чёрные птицы заполнили пространство под потолком. Их крылья с шумом рассекали воздух, красные глаза вспыхивали в полумраке, а хриплые крики отражались от стен и множились эхом. Мне показалось, будто дом пытается слиться с этой живой чёрной бурей.

Я невольно прижалась к Аделаиде сильнее. И только потом поняла, что вороны лишь расчищали дорогу той, кто шла следом.

Она появилась не через дверь: воздух загустел, серый свет внутри помещения потемнел, и из этой странной полутьмы начала собираться женщина. Сначала я увидела распущенные седые волосы, потом тонкую руку с перстнем, потом чёрное платье, будто сотканное не из ткани, а из сажи и старой тени. Лицо проступило последним. Острые скулы, тонкие губы, сеть морщин и глаза, в которых зелёный огонь горел так ровно, будто его кто-то бережно поддерживал веками. Голос её прозвучал не изо рта. Он прошёл по потолку, по брёвнам, поднялся из-под пола и вернулся к нам со всех сторон сразу.

— Какие приятные гости. Я ждала вас.

Аделаида, стоявшая рядом со мной внутри круга карт, чуть крепче сжала мою руку. Я почувствовала, как напряглись её пальцы, но голос её прозвучал почти ровно: