Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 145 – Сандра Барро

— Вы совершили невозможное, Полина Андреевна, — глухо отозвался подполковник. — Найти человека, которого Ведомство считало погибшим несколько лет... это не просто удача. Это чудо.

Я горько усмехнулась, вспоминая ночной визит Вальмонта и цену этой «удачи».

— Иногда мне кажется, что чудо — это лишь хорошо спланированная операция высших сил. Теперь главное: дать им время. Ирине предстоит отъезд в монастырь, и я не знаю, как Александр Васильевич примет это расставание после стольких лет вынужденной разлуки.

— Он примет, — отрезал Соколов. — Родин — офицер. Он понимает, что значит отступать, чтобы перегруппировать силы для решающей битвы. Сейчас его жена находится на поле боя, и он сделает всё, чтобы она победила.

Я кивнула, чувствуя, как с плеч наконец-то сползает панцирь напряжения. Впереди было ещё много дел: нужно подготовить письмо в монастырь, собрать вещи для Ирины, проследить, чтобы Маняша ничего не перепутала... Но сейчас, слушая приглушённый голос подполковника, я впервые за долгое время ощутила, что поступила правильно. Сила, которую я черпала из самых недр своего естества — всё это было не зря, если двое людей смогли снова обрести друг друга.

Арсений Николаевич начал прощаться. В его глазах читалось облегчение. Дело Родиных, грозившее обернуться дипломатическим и мистическим скандалом, разрешилось.

— Чуть не забыл о делах насущных, Полина Андреевна, — Соколов остановился в дверях. — Обер-прокурор повторно изучил наши отчёты. Константин Петрович весьма впечатлён вашим хладнокровием. За спасение супруги полковника Родина вам назначены наградные. Сумма весьма приличная, сверх вашего обычного жалования. Получите её в казначействе ведомства в любой день. И... — он сделал паузу, внимательно глядя на моё бледное лицо, — отпуск на две недели. Распоряжение уже подписано. Отдыхайте, гуляйте по весеннему Петербургу, заприте свои тетради и архивы в стол. Приходите в себя. Вы нам нужны в добром здравии. Если, конечно, не случится чего-то из ряда вон выходящего, я вас не побеспокою.

Я едва заметно улыбнулась. Две недели тишины казались сейчас самым дорогим подарком в мире.

— Благодарю, Арсений Николаевич. Это... очень своевременно.

— Александр Васильевич заберёт Ирину сегодня, — добавил он, уже выходя в прихожую. — Они попрощаются с вашим гостеприимным домом.

Степан, стоявший в дверях с тяжёлым суконным пальто подполковника, вопросительно посмотрел на меня. В его взгляде я прочла немую просьбу. Вспомнив наш утренний разговор о казённом выезде и о том, сколько личных средств я трачу на извозчиков по служебным делам, я окликнула мужчину:

— Арсений Николаевич, позвольте ещё минуту.

Командир обернулся, уже просовывая руку в рукав. Я вкратце пересказала ему наше со Степаном недоразумение по поводу положенного мне экипажа. Соколов на мгновение замер, а потом с силой хлопнул себя по лбу, едва не сбив головной убор.

— Ну конечно! Прошу простить мою рассеянность, Полина Андреевна. За всеми этими аномалиями я совершенно упустил из виду бытовую сторону вопроса. Вам действительно положен транспорт и полное содержание экипажа. Недопустимо, чтобы наш специалист добирался до мест происшествий на перекладных.

Я, не теряя момента, быстро заговорила о Фёдоре:

— Раз уж вопрос решён, я бы хотела просить за брата Степана. Фёдор возил меня все эти дни. Он надёжен, молчалив и прекрасно знает город. Я бы хотела видеть его своим личным возницей на постоянной основе.