Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 148 – Сандра Барро

Но когда я поднялась на первую ступень входа и вскинула правую руку, чтобы осенить себя крёстным знамением, под лопаткой снова кольнуло. На этот раз боль была такой силы, что у меня потемнело в глазах. Рука стала непослушной, тяжёлой, словно налитой свинцом. С трудом, через силу совершив крест, я с досадой подумала: «Неужели всё-таки простыла? Или потянулась неловко, когда падала с кровати?».

Морщась от тянущей боли, сделала решительный шаг к дверям. Но тут произошло нечто невообразимое. Моё тело словно наткнулось на невидимую, но абсолютно твёрдую преграду. Я подалась вперёд и снова наскочила на препятствие, которое ощущалось как гранитная стена.

— Что за... — прошептала я, и паника накрыла меня волной с головой.

Не могу войти в дом Божий? Я, Полина Туманова, которая ещё несколько минут назад рассуждала о милости Господней?

Глубоко вздохнув и пытаясь унять бешеный стук сердца, я снова стремительно ринулась к дверям, надеясь прорвать это странное оцепенение. Но воздух вокруг вдруг стал плотным, вязким, и неведомая сила с пугающей лёгкостью отбросила меня назад. Ноги подкосились, голова закружилась. Пытаясь удержаться на нижней ступени, я с ужасом осознала, что равновесие потеряно, и я сейчас просто рухну навзничь на глазах у всей почтенной публики.

Уже приготовилась к удару о холодный камень, но в последнее мгновение почувствовала, как меня подхватили крепкие, уверенные руки.

«Жаргал... всё же не ушёл, почуял недоброе.», — с облегчением пронеслось в голове.

Порывисто обернулась, чтобы поблагодарить брата, но слова застряли в горле. Надо мной склонился вовсе не мой верный защитник. Я встретилась взглядом с совершенно незнакомыми, пугающе светлыми глазами, в глубине которых плескалось не сочувствие, а откровенное, почти бесовское веселье.

Незнакомец не спешил выпускать из своих объятий. Напротив, он бережно поставил меня на ноги, продолжая придерживать за талию. Я замерла, невольно разглядывая лицо спасителя. В сумерках петербургского вечера оно казалось невероятно привлекательным: густые тёмные волосы, прямой аристократический нос, резковатые, но безупречно правильные черты. Но всё это меркло перед его серыми глазами с какой-то лукавой магнетической поволокой. Этот взгляд затягивал, как глубокий омут, из которого не хотелось выныривать.

Мужчина улыбнулся, и в уголках его губ заиграла ирония.

— Помилуйте, сударыня, — произнёс он бархатным, чуть вибрирующим голосом. — Раз такая прекрасная барышня сама падает мне в руки, да ещё на ступенях храма… Значит, само Провиде́ние велит мне немедленно вести вас под венец! Не правда ли, знак, достойный внимания?

Вместо того чтобы рассмеяться в ответ на дерзкую шутку красавчика, я почувствовала странное беспокойство и страх. Мне показалось, что я стою не перед галантным кавалером, а перед хищником, который забавляется с добычей перед решающим броском. Оцепенение сковало мышцы, я боялась даже шелохнуться.

С трудом качнув головой, я сбросила наваждение. Решительно высвободившись из рук этого опасного типа, я ощутила, как к щекам прилила кровь.

— Благодарю вас, сударь… — пробормотала я и, не оглядываясь, почти бегом ринулась к воротам.

Вслед мне долетел его раскатистый смех и слова, от которых сердце пропустило удар: