Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 235 – Сандра Барро

— Полина Андреевна! Что стряслось? — с порога бросил он, окинув взглядом моё измученное лицо и заваленный бумагами стол.

— Сядьте, Арсений Николаевич, — я указала на кресло напротив. — И выслушайте меня. Только не перебивайте.

Набрав побольше воздуха в грудь, я начала свой рассказ. Слова лились сплошным потоком. Я поведала ему всё с самого начала. О липком, удушливом ощущении чужого взгляда, которое не отпускало меня последние дни. Как после отъезда Жаргала я направилась в Пассаж и столкнулась с невероятно мощной нечистью — женщиной с французским акцентом, от которой веяло могильным холодом.

— Это не просто упыриха, Арсений Николаевич, — мой голос дрогнул, но я заставила себя говорить твёрдо. — Это древний вампир. Сила от неё исходила такая, что печать горела огнём.

Соколов слушал, не шевелясь. Его лицо каменело с каждой фразой.

Вскоре я перешла к самому главному: как, ведо́мая виде́нием, нашла особняк на Галерной. И как, столкнувшись с Вальмонтом, сбила его с мёртвого коня, воспользовавшись моментом.

— Я проникла в дом и выкрала вот это, — я хлопнула ладонью по чертежам. — Списки детей. Планы собора. Юлиан Вальмонт готовит ритуал. А эта француженка, несомненно, с ним связана не только плотскими утехами. Они хотят использовать Исаакий!

Соколов перевёл потяжелевший взгляд с моего лица на бумаги. Он мрачнел на глазах, желваки на скулах ходили ходуном.

— Почему... Почему вы сразу не написали мне? — глухо, с затаённым гневом в голосе спросил он. — Рисковать собой в одиночку, лезть в логово к этим тварям... Вы понимаете, что могли не вернуться?

— Да когда же я успела бы писать, ждать? Всё происходило так стремительно… — пробормотала я.

Подполковник поднялся и подался вперёд, опираясь руками о стол.

— Вы уверены, Полина Андреевна, что те, кто следил за вами, действительно... — он запнулся, словно слова давались ему с трудом, — кровопийцы? Вурдалаки? С таким мы ещё не сталкивались в столице.

Я посмотрела ему прямо в глаза и утвердительно качнула головой.

— Абсолютно уверена.

В кабинете повисла звенящая тишина. Соколов резко выпрямился. Передо мной снова был жёсткий, собранный офицер.

— Забираю это, — отчеканил мужчина, ловко сгребая со стола чертежи и списки. — Сейчас еду в Ведомство докладывать обо всём Константину Петровичу. А вы пока собирайтесь. Наверняка обер-прокурор захочет получить личный отчёт о проделанном. Как только выясню, где именно он нас примет, немедленно пришлю за вами экипаж с надёжной охраной.

Командир на мгновение смягчился, окинув мою фигуру долгим внимательным взглядом.

— И ради всего святого, постарайтесь успокоиться. Вы встревожены до предела. Лицо бледное, глаза совсем запали. Приведите себя в порядок, примите горячую ванну. Полагаю, для этого у вас есть ещё добрых два часа, а то и три.

Накопившееся напряжение прорвалось наружу. Я вскочила, сжимая кулаки:

— Какая ванна, Арсений Николаевич?! Детей нужно спасать, счёт идёт на часы!

Подполковник лишь тяжело вздохнул. В его голосе слышалось утомление человека, который слишком хорошо понимал, как устроена государственная машина.

— Сейчас этим детям вы ничем не поможете. Ведёте себя, словно маленькая, ей-богу. Неужто забыли про нашу систему? На часах шесть утра. Вряд ли ваши кровопийцы побегут творить свои тёмные дела при свете солнца. А без прямого указания обер-прокурора мы и шагу не смеем ступить под своды Исаакия. Так что отдохните, позавтракайте и ждите вестей. Сделаю всё, чтобы обернуться быстрее.