Книга Сделка, страница 135 – Стив Кавана

Сидя за рулем, я старался выбросить из головы Кристину – все проигрывал в голове свой разговор с Лангхаймером, раз за разом. Дэвида он определенно недолюбливал. А не исключено, что всей душой ненавидел. Но достаточно ли этого, чтобы убить Клару и подставить Дэвида, дабы того обвинили в этом убийстве? Интуиция подсказывала мне, что Дэвид не убивал Клару. Но не обманывает ли меня все-таки Дэвид, не разводит ли, как раньше я разводил всяких лохов, – или, может, я сам себя обманываю, сам развожу, уверившись в его невиновности?

Так или иначе, но мне нужно было поскорей положить всему этому конец – пока татуированный, которого наверняка подослала фирма, не плеснул кислотой в Кристину, в Дэвида или в меня самого.

«Хонду» резко подбросило на «лежачем полицейском», которого я в темноте не заметил. Стукнувшись башкой в потолок, я выругался.

Как только я перестал ворошить эту тему про Дэвида и Лангхаймера, то опять вернулся мыслями к Кристине. Теперь в голове крутился уже наш с ней телефонный разговор, с момента которого не прошло и получаса.

Кристина сказала мне, что не хочет уезжать из Нью-Йорка. Что хочет остаться и бороться до конца. Да, она действительно боец – но лишь в том смысле, какой обычно вкладывают в это слово адвокаты: не боится трудностей и готова в случае чего пойти на разумный риск. Однако в данном случае была совершенно другая ситуация. Мне пришлось долго втолковывать ей, что она в реальной опасности и что если она сама не сядет в этот чертов самолет вместе с Эми, то я затащу ее туда силой и привяжу к креслу.

Чья тут была вина?

Я винил Бена Харланда и Джерри Синтона – за их жадность, за то, что в своих темных делишках они подленько, втемную использовали зависимых от них и полностью доверяющих им людей.

И я винил самого себя.

Когда родилась Эми, Кристина сказала, что не хочет работать до тех пор, пока Эми не исполнится хотя бы лет десять-двенадцать. По-моему, причина крылась в собственном детстве Кристины. Ее мама часами не вылезала с работы, так что Кристине пришлось провести свои детские годы в основном с няньками и воспитательницами – нормально пообщаться с родителями ей не удавалось даже по выходным.

Так чья же все-таки вина?

Единственная причина, по которой Кристина так ухватилась за работу в «Харланд и Синтон», – это потому, что я не мог свести концы с концами и нормально обеспечить свою семью. После выпускных экзаменов Кристине довелось поработать в нескольких престижных фирмах, так что ее резюме открывало ей множество дверей. В «Харланд и Синтон» она устроилась прямо перед Рождеством – вначале на полставки, а потом со все большей и большей рабочей нагрузкой. К концу января на нее уже приходилось шестьдесят рабочих часов в неделю. Она не хотела работать даже там. Хотела проводить время с Эми. Время, в котором я отказал им обеим, не принося домой презренные, но столь нужные доллары…

Посыпал мелкий дождичек, и в призрачном свете фар я едва разбирал дорогу перед собой. Еще минут через десять, в течение которых я едва не прижимал нос к лобовому стеклу, высматривая «лежачих полицейских», справа впереди показались огоньки ангара, а рядом с ним – проблесковый маячок на хвосте самолета. Я свернул на поле и покатил прямо к ангару.

Подъехав ближе, заметил у открытых дверей ангара машину Делла.