Онлайн книга «Большая охота Крика»
|
Единственное, почему Вакхтерон любил этот пригород,– здесь никто не услышал бы чужого крика. Как тогда, почти год назад, когда он убивал Кейси Кокс и ее гостей на вечеринке, с которой началась его кровавая жатва, так и здесь было тихо, и даже еще тише. Дорогие коттеджи шли на горизонте, вдоль холмов, полоской света. А до них простиралась черная, затканная ночью земля. Земля Николса. Он дождался патруля. Охрана, нанятая Николсом, действовала поочередно и без особого энтузиазма. Они в Скарборо не жили и были наняты в Санфорде, который рука Вакхтерона почти обошла стороной. Вакхтерон всерьез устал после бойни в лесу и понимал, что должен быть начеку, чтобы не допустить ошибки, но знал по опыту: человек не может находиться в постоянном напряжении. Сама природа нашего разума отрицает до последнего момента, что с нами может непременно случиться что-то плохое – и этот скепсис, это фатальное неверие в итоге приводит к трагедии. Он незамеченным проник на территорию дома и прокрался в тени боярышника и розового тамариска с низкими ветвями, высаженного вдоль белого забора. Вакхтерон видел темные окна кухни и заднюю дверь, которая вела туда с торца дома, и окинул долгим взглядом вымощенную каменной плиткой дорожку среди шелковистого, ухоженного газона. Нож он оставил в ножнах, но из петли, перерезавшей бедро, снял томагавк и взвесил его в руке. Когда случился час обхода, а произошло это очень скоро, и по этому прекрасному газону прошел мужчина, одетый в черные брюки и того же цвета футболку, с наплечной кобурой, в которой явно был огнестрел, Вакхтерон выскользнул из своего укрытия. Ночь стояла ясная, но ему хватило мига, чтобы незаметно метнуть томагавк и угодить ему в шею. Охранник повалился на траву, раскинув руки и не успев издать даже короткого вскрика: Вакхтерон, подойдя к нему, искромсал рану ножом и, взяв на перчатку немного крови, по привычке оставил еще один трофейный штрих на маске, обновив на подбородке багровую полосу. Он, конечно, понимал, что вряд ли полиция, желающая все обстряпать тихо и быстро, станет нанимать достойного судебно-медицинского эксперта, но не желал рисковать. Если поймут, что рана была оставлена лезвием топора, к нему могут возникнуть вопросы раньше времени. Вакхтерон обошел дом и притаился возле глухой стены, выжидая, когда кто-нибудь еще из охраны, не дозвавшись своего коллеги, пойдет узнать, куда тот запропастился. И хотя в их профессии беспечным быть нельзя, но они были – такова она, человеческая природа, не допускающая до поры до времени действительно опасных и страшных вещей, которые могли коснуться каждого, как буря. Вакхтерон был этой бурей. Второго охранника он заколол ножом в шею, когда тот только завернул за угол дома, и успел закрыть ему рот ладонью прежде, чем тот испустил предсмертный хрип и облился кровью из глубокой раны. Вакхтерон, осторожно опустив тело на дорожку, переступил через него и вытер лезвие от крови о свою перчатку. Ненависти в нем не было: эти люди делали свою работу, как он – свою. Теперь их осталось только двое – и Николс будет в его власти. * * * Честер поднялся к себе в кабинет со стаканом, наполненным виски и колотым льдом. Придерживаясь другой рукой за лестничные перила, он остановился только раз на середине площадки, чтобы передохнуть: в последнее время, после первого приступа, который случился порядка трех лет назад, и после пересадки сердца он сильно уставал, и все чаще в груди неприятно покалывало после физических нагрузок или, вот как сейчас, сильных тревог. Разумеется, пить виски во втором часу ночи, особенно после таких новостей от Билла,– сущая глупость, но глупость, которую он мог себе позволить. Честер, запахнув плотнее халат поверх хлопковой темно-синей пижамы, добрел до своего кабинета, провернул по привычке оставленный в замке ключ, вошел и потянулся к выключателю, желая немного поработать с банковскими документами, если уж он не мог заснуть… |