Книга Большая охота Крика, страница 74 – Саша Хеллмейстер

— Я уверен, что это недоразумение, созданное потому, что мы неправильно поняли друг друга, и все, конечно, забудется, если мы сумеем найти верное решение.

Убийца мягко сказал:

— Это вряд ли. Вы, верно, уже догадались, что полгода назад это я заставил Скарборо искупаться в собственной крови.

— Да.

— Тогда мое прозвище вы тоже знаете.

Разумеется: это был Крик. Репортеры писали о нем не переставая, сколько бы ни пытались заткнуть деньгами, угрозами и силой их вонючие пасти. В Сети пытались публиковать материалы, и сколько денег он потратил на то, чтобы уничтожить хотя бы часть информации. Честер поджал губы. Теперь до двери ему оставалось сделать только полшага. Убийца же был от него на расстоянии двух локтей и, кажется, упивался своим всесилием. Так, во всяком случае, думал Николс.

— Это же не ваш подельник был казнен по делу о смерти шерифа Палмера и всех тех, кто был убит до него?– спросил Честер.

— Этого я вам не могу сказать,– ответил Крик.– Безопасность, вы же понимаете. Я стремлюсь сохранить полную свою анонимность. Есть ли у вас какие-то другие вопросы? Жить вам осталось очень мало. Я готов удовлетворить некоторое ваше любопытство. Только спрашивайте с умом.

Честер покачал головой. Он незаметно отвел руку назад и едва нащупал холодную металлическую ручку на двери за спиной.

— Я в это не верю. Как человек деловой, я полагаю, что у всего на этом свете есть своя цена. И думаю, что вы тоже достаточно разумны, чтобы мы смогли договориться.

Теперь он страшно пожалел, что не держал в доме экономку, или повара, или садовника на постоянной основе: прислуга к нему только приезжала, чужой же компании он не выносил – даже компании питомцев, которых так и не завел. От этой горькой мысли его отвлек тихий, низкий смех. Честер в упор посмотрел на убийцу, который смеялся над его словами и ему в лицо.

— Судьба сейчас преподнесла вам особый урок, мистер Николс. Вы, верно, его не ожидали получить – но вы счастливчик. Сегодня вы узнаете, что не всех можно купить.

Он вынул черный томагавк, блеснувший лезвием в лунном свете, и Честер услышал: этот ублюдок ухмыльнулся под своей маской.

— Судьба щедра на дары, и я научу вас еще одному, особому знанию. Вы узнаете сегодня, как правильно потрошить человека. Но сперва я покажу вам, как правильно рубить его топором.

— Постойте…– покачал тот головой, облизнув пересохшие губы.

Вакхтерон напрягся, и Честер заметил даже под одеждой, как закаменели его мышцы и как весь он подобрался, точно пума перед прыжком. В прорезях маски он увидел его глаза – и в них не было совершенно ничего человеческого.

На него смотрел настоящий хищник.

— Готов ли ты к ответу,– произнес он,– Честер Николс, за грехи свои, большие и малые?

Не произнеся ни слова, Николс собрался с силами – сейчас или никогда!– и метнул в него стакан. Пролитый виски плеснул на маску, стакан ударил убийцу в плечо. Секундного замешательства хватило, чтобы Честер рванул дверь на себя, выбежав вон из кабинета так стремительно, как мог. Он закрыл дверь в тот миг, когда убийца бросился за ним, и, нашарив ключ в скважине, провернул его. Тотчас дверь сотряс такой мощный удар, что Честер попятился назад, едва пытаясь унять дрожь в руках, а затем в древесину вонзили лезвие топора. Николс едва сглотнул ком в горле. Как хорошо, что у него всегда была привычка запирать кабинет и отпирать его всякий раз, как он собирался там работать! Честер, дрожа, поспешил к лестнице. В крови его кипел адреналин: давно забытое чувство странной легкости, будто он вмиг помолодел, помогло ему донести себя. Он хорошо помнил про глушитель сигнала и про перерубленные телефонные провода, а потому сразу заторопился вниз, в гараж, чтобы там спрятаться в машине и уехать отсюда поскорее…