Книга Метод исключения, страница 19 – Дональд Уэстлейк

Аптон «Ральф» Фэллон занимал мою должность. Я прочитал статью, перечитал ее, и у меня не осталось сомнений. Он занимал мою должность, и в честном соревновании ее получил бы я, а не он. Конечно, в статье было не так много информации о нем, как было бы в резюме – этому ублюдку не нужно было резюме, он уже занял мое место, – но сказанного и подразумеваемого было достаточно, чтобы составить ясное представление, и я был лучше него. Я это знал. Это было очевидно. И все же он занимал мою должность.

Я не мог не помечтать о ней. Если бы, скажем, Фэллона уволили за пьянство или за адюльтер с работницей цеха? Если бы он заболел какой-нибудь изнурительной болезнью вроде рассеянного склероза и вынужден был оставить работу? Если бы он умер…

А почему бы и нет? Люди умирают постоянно. Автомобильные аварии, сердечные приступы, пожары из-за керосиновых обогревателей, инсульты…

Что, если бы он умер или просто слег? Разве в «Аркадии» не были бы рады увидеть меня, гораздо более квалифицированного для этой самой должности?

Я мог бы убить его, если бы это было необходимо.

Я подумал об этом скорее как о гиперболе. Но потом подумал об этом снова и задался вопросом: а может, я все же не преувеличиваю? Я осознавал, насколько плоха моя ситуация, понимал, насколько маловероятно, что дела улучшатся, знал, что положение станет еще более отчаянным, знал, сколько стоит учеба Бетси в колледже и сколько будет стоить учеба Билли, заканчивающего школу в этом году. Я знал, каковы мои расходы, знал, что доходов не предвидится, и теперь увидел того единственного человека, который стоял между мной и безопасностью. Аптона «Ральфа» Фэллона.

Разве я не мог бы убить его? Я имею в виду, серьезно. В целях самообороны, в самом деле. Ради семьи, нашего быта, ипотеки, будущего, меня самого – всей моей жизни. Это самозащита. Я не знаю этого человека, он для меня ничто. Если честно, в этом интервью он производит впечатление придурка. Если альтернатива – отчаяние, поражение, изматывающая нищета и ужас, сковывающий всех нас, Марджори, Бетси, Билли и меня, почему мне нельзя убить его, этого сукиного сына? Как я могу не убить его, учитывая, что поставлено на карту?

Аркадия. Аркадия, Нью-Йорк. Я нашел ее в дорожном атласе, и она оказалась так близко. Это было похоже на знак. Не дальше пятидесяти миль отсюда, прямо за границей штата. Такое расстояние можно преодолевать по пути на работу, мне даже не пришлось бы переезжать.

Журнал «Палп» и дорожный атлас раскрыты на моем столе. Тишина в доме, дети на учебе, и этот день – один из тех, когда Марджори в офисе доктора Карни. Грезы.

Именно тогда я впервые вспомнил о люгере, лежавшем на дне отцовского сундука. Именно тогда я впервые представил, как направляю пистолет на человека и нажимаю на спусковой крючок.

Смог бы я это сделать? Смог бы я убить человека? Но люди делают такое каждый день, по куда менее веским причинам. Почему я не смог бы, когда ставки так высоки? Моя жизнь. Ставки не могут быть выше.

Грезы. Я бы поехал в Аркадию, штат Нью-Йорк, с люгером на соседнем сиденье. Нашел бы фабрику и Фэллона – у меня нет его фотографии, ее не напечатали в «Палп», но это решаемо, мы же просто грезим, – нашел бы его, проследил за ним, дождался бы возможности и убил его. И подал бы заявку на его должность.