Книга Метод исключения, страница 26 – Дональд Уэстлейк

И все же я не двигаюсь с места. Удрученный, я просто сижу за столом, даже не глядя на картотечный шкаф. Перед мысленным взором снова и снова предстает та женщина, ковыляющая передо мной по газону, мы оба, бегущие тяжело, как пара коров, и люгер, подпрыгивающий в воздухе у нее за головой, в моей вытянутой руке.

Марджори зовет: «Ужинать!»

Я гашу свет, выхожу из кабинета и закрываю дверь.

Какое-то время, еще до начала операции, когда уже было абсолютно понятно, что именно необходимо провернуть, я бездействовал. Какое-то время, даже осознавая, что план – единственная надежда, я ничего не предпринимал. Я размышлял, намечал варианты, готовился, но еще не верил, что идея осуществима.

Вместо задуманного я создавал видимость деятельности. Я изучал люгер. Я купил книгу, чтобы разобраться в его устройстве, и прочитал ее от корки до корки. Я почистил и смазал детали. Я купил патроны. Я отвез пистолет в поле и пострелял в деревья.

Я даже однажды видел Ральфа Фэллона, хотя не думаю, что он меня заметил. Это произошло до того, как я действительно приступил к исполнению плана: в рамках «показушной работы», имитации и оттягивания неизбежного, я однажды поехал в Аркадию, просто чтобы посмотреть на нее. Так оно и вышло.

Между нашей частью Коннектикута и той частью Нью-Йорка нет крупных автомагистралей. Я не спешил, изучая дорожный атлас, желая найти наилучший маршрут, потому что рассчитывал, что когда-нибудь это будет мой путь на работу. Дороги шли через городки и деревеньки, мимо пасущихся молочных стад и кукурузных полей, вспахиваемых для весеннего урожая, и я думал, как было бы приятно совершать эту поездку регулярно, туда и обратно, пять раз в неделю. Мало машин, прекрасная сельская местность. А на другом конце – работа, которую я мог бы полюбить.

Аркадия оказалась милым старым городком, состоящим из пары десятков каркасных домов по берегам неширокого, но бурного ручья под названием Джендроу, притока Гудзона. Фабрики строят вдоль рек, потому что им нужно много воды, и оживленный Джендроу явно обеспечивал все потребности производства. Чуть выше по течению от корпусов предприятия находилась плотина. Главная дорога, проходящая через город с востока на запад, спускалась по одному склону на подъезде, пересекала плотину, а затем поднималась по противоположному склону и уходила дальше.

Кроме фабрики, в Аркадии почти не было коммерческих организаций. На западном склоне, с видом на корпуса, находился бар-закусочная, где также можно было купить газеты, сигареты и некоторые бакалейные товары. Дальше по склону, на окраине города, виднелась заправочная станция «Гетти». И все.

Я добрался до Аркадии к полудню и решил заглянуть в «Беттис» – так называлась закусочная. Лишь после того, как я занял место за пустующей стойкой и заказал кофе и сэндвич с беконом, салатом и помидором, то понял из разговоров позади, что те человек двадцать за столиками – все с фабрики.

Не совершил ли я глупую ошибку, приехав сюда? Запомнят ли эти люди меня и узнают ли гораздо позже, когда все будет кончено и я займу должность Аптона «Ральфа» Фэллона? Заподозрят ли, что я сделал? Не нарушил ли я план еще до того, как приступил к нему?

(Я думаю, что в те дни бессознательно пытался найти отговорку, чтобы не продолжать, хотя другого плана у меня не было. И до сих пор нет.)