Книга Попаданка. Смертное письмо дракону, страница 122 – Лилия Тимолаева

— Двойное дно, — сказала она.

Шёпот в зале взорвался и тут же оборвался после королевского взгляда.

Тубус открывали долго. Слишком долго для нервов. Маленький скрытый замок не поддавался, потом Финн, забыв о дворцовом приличии, сказал:

— Там не замок. Там поворот от края. Я такой видел в старом почтовом ящике у нас, только у нас он был ржавый и кусал пальцы.

Сверитель попробовал.

Дно щёлкнуло.

Внутри лежала тонкая пластина из тёмной бумаги, свёрнутая вдвое и запечатанная чёрным сургучом.

Не серебряным.

Не золотым.

Чёрным.

На печати был не дракон и не корона, а раскрытый глаз над почтовой стрелкой. Мариса такого знака ещё не видела, но Беата резко побледнела.

— Свидетельская печать дороги, — прошептала она. — Её ставили те, кто приносил признание перед смертью службы. Если такое письмо внесено в реестр, его нельзя уничтожить до вручения адресату.

Крофт шагнул вперёд.

— Это подлог.

Тарен оказался перед ним раньше, чем тот успел дотянуться до стола.

Не касаясь. Не угрожая. Просто встал между Крофтом и письмом.

— Ещё шаг, — сказал он, — и я внесу в акт попытку сорвать королевский суд.

Крофт смотрел на него.

— Вы не понимаете, что держите.

— Понимаю, — сказала Мариса.

Она смотрела на чёрную печать, и сердце билось в горле. Вот оно. Настоящее смертное письмо. Не то, которым пугали Тарена двенадцать лет. Не то, которое должно было сделать его предателем. Письмо, спрятанное не в конверте, а в тубусе. Письмо, которое прежняя Мариса пыталась вынести, но не смогла. Письмо, которое Крофт, возможно, сам всё это время таскал через свою систему, не зная, что двойное дно не только прячет, но и хранит.

— Нужно внести в реестр, — сказала Мариса.

Лоренс уже открыл чистую страницу.

— Название?

Мариса наклонилась к письму. На внешней стороне проявлялась строка. Медленно, как тогда на письме к Тарену перед рассветом. Чёрные буквы становились видимыми под светом дворцовых ламп.

«Эдвину Крофту. Лично. Вручить при свидетелях королевской дороги».

Финн громко выдохнул.

— Вот теперь скучно точно не будет.

— Молчать, — сказала Беата, но голос её дрожал.

Крофт сделал ещё шаг.

Король поднял руку.

Караульные сомкнули проход.

— Управляющий Крофт, — сказал король, — вы останетесь на месте.

— Ваше величество, это попытка подменить предмет суда. Письмо ко мне не имеет отношения к обвинению Моргарда.

— И всё же оно ехало в тубусе последнего письма ко мне.

— Я не знал.

— Мы проверим.

Мариса подняла взгляд на короля.

— Ваше величество, письмо уже названо. Если его не внести в реестр сейчас, оно может исчезнуть, как второе. Прошу разрешить запись.

— Записывайте.

Лоренс писал. Его перо не дрожало. Беата поставила свою отметку свидетеля дороги. Хранительница закрытого фонда поставила печать фонда. Сверитель подписей — отметку обнаружения в тубусе. Финн тянул шею, пока Беата не щёлкнула его по рукаву.

— Я тоже свидетель, — прошептал он.

— Будешь, когда подрастёшь.

— Я уже донёс трубу.

Король услышал.

— Пусть поставит знак.

Беата открыла рот.

Финн уже схватил перо. Подписался крупно: «Финн Орс». Чернила едва не капнули на край протокола, но он успел подставить песок, сияя так, будто стал не свидетелем, а владельцем половины королевской дороги.

Мариса смотрела на запись.

Теперь письмо защищено.