Книга Попаданка. Смертное письмо дракону, страница 89 – Лилия Тимолаева

К утру во дворе стояла почтовая повозка: крепкая, тёмная, с железными углами, двумя запираемыми ящиками и местом для мешков. На боках ещё виднелась облупившаяся эмблема станции Крайней — рожок, корона и северная стрелка. Берст смазал оси, Клара проверила ремни, Беата лично пересчитала мешки.

Их было восемь.

Два — срочная столичная сверка жалоб. Один — подтверждения получений и копии актов. Один — спорные формуляры по делу Шарр. Два — старые мешки с заменёнными бирками, которые нужно было сверить с центральными книгами. Один — обычная корреспонденция северного тракта, потому что Мариса сказала, что прикрытие без настоящей работы пахнет ложью. Последний — пустой с виду, но в его двойном дне лежали копия временной лицензии, обрывок с именем Крофта и схема точек, проявленных драконьим огнём. Не единственная копия: одну спрятали в станции, одну отдали женщине с письмом от сына на хранение до возвращения, одну Финн умудрился передать трактирщику, назвав это «пирожной гарантией».

— Я не понимаю, почему трактирщик надёжнее городского сейфа, — сказал Лоренс.

— Потому что городской сейф ждёт приказа, — ответила Мариса. — А трактирщик ждёт оплаты за пироги.

Финн кивнул с видом знатока.

— Пироги — серьёзное дело.

Беата попрощалась с ними у крыльца. На лице её было всё то же строгое выражение, но глаза задержались на Финне дольше обычного.

— Не геройствуй.

— Я служебно поеду, служебно посмотрю, служебно вернусь.

— Это и есть геройство у мальчишек.

— Тогда не буду попадаться.

— Попадёшься — назовёшь моё имя. Пусть знают, кому возвращать.

Финн хотел ответить дерзко, но не смог. Вместо этого сунул ей в руку маленькую бирку, на которой криво было написано: «Финн Орс. Столичная доставка».

— Чтобы не забыли исправить в книге, если я задержусь.

Беата посмотрела на бирку, потом спрятала её в карман.

— Вернёшься — сам исправишь.

Он улыбнулся. Слишком широко для простого прощания.

Тарен сел не в седло, а в повозку. Это удивило всех, кроме Марисы. Дракон на коне привлекал бы внимание на каждом постоялом дворе. Дознаватель в почтовой повозке с мешками тоже привлекал, но уже в рамках объяснимого. Лоренс сел рядом с кучером, чтобы предъявлять дорожные бумаги. Финн устроился на задней лавке среди мешков, получив официальное разрешение следить за пломбами и неофициальный запрет болтать без нужды.

Запрет продержался до первого почтового столба.

— А в столице крыши высокие? — спросил он.

— Да, — ответил Лоренс с передка.

— А канцелярия больше нашей станции?

— В двадцать раз.

— В двадцать? И там тоже крыша течёт?

— Нет.

Финн подумал.

— Тогда как они понимают, где важные письма?

Мариса невольно улыбнулась.

Дорога на столицу шла через леса, потом через открытые тракты, мимо деревень, где люди выбегали к почтовым столбам и смотрели на повозку с надеждой. Иногда Лоренс выходил, ставил отметки в контрольных ящиках. Иногда Мариса сама проверяла пломбы на мешках, заставляя Финна читать вслух номера, чтобы он чувствовал ответственность и не лез под колёса от скуки. Тарен большую часть пути молчал.

Но это молчание не было пустым.

Он смотрел в окно на заснеженные поля, на чёрные ветви, на дорожные камни с вырезанными стрелками. Его рука, затянутая теперь в перчатку, лежала на колене. Даже через кожу перчатки иногда проступал слабый серебристый свет. Мариса видела это и каждый раз вспоминала: «Первое письмо принято. Осталось три». Второе исчезло, оставив имя Крофта. Значит, цепочка не прервалась. Просто стала опаснее.