Книга Кровь двух миров, страница 126 – Лия Норд

Она хотела добавить что-то еще, но очередной удар заставил колонну рядом с ними осыпаться мелкой белой крошкой. Лиор отбросил нападавшего назад, но почти сразу был вынужден развернуться, потому что из другого прохода появились еще двое в серебристых масках. Слишком много даже для них. Каэль понял это тоже. Его взгляд на мгновение встретился с взглядом Лиора, и в этом коротком безмолвном обмене было больше смысла, чем в любых приказах.

Нужно было уходить прямо сейчас, пока оставался путь.

— Лиор! — крикнул кто-то из глубины зала.

Голос был женским. Серания.

Она стояла у начала лестницы, бледная, с расправленными золотыми крыльями, и за ее спиной виднелись несколько воинов Солариса. На лице ее снова появилась та самая безупречная сдержанность, но Эллианна, даже находясь далеко, заметила, как сильно напряжены ее пальцы.

— Солариарх требует вас в центральном зале! — произнесла она. — Совет собирается немедленно.

Лиор не повернулся к ней полностью.

— Сейчас не время.

— Именно сейчас время.

Серания сделала шаг вперед, и ее голос стал тише, но от этого лишь жестче.

— Нападение идет по всему дворцу. Представители Домов требуют, чтобы наследник был рядом с Солариархом. Если вы исчезнете сейчас вместе с ней, они решат, что Дом Соларис выбрал не Эйрилон.

Эти слова словно рассекли воздух не хуже клинка. Эллианна увидела, как Лиор замер. Всего на одно мгновение. Но этого мгновения хватило, чтобы понять: удар достиг цели. Каэль тоже услышал. Он резко посмотрел на Серанию, и по выражению его лица стало ясно, что теперь он наконец понял, откуда тянется одна из нитей этого вечера.

Но Лиор смотрел не на нее. Он смотрел на Эллианну. И в его глазах впервые появилась та самая невозможная боль, о которой он сам говорил на террасе.

Выбор. Эйрилон. И человек, которого он любит.

Лиор стоял неподвижно.

Всего несколько ударов сердца назад он сражался так, словно весь мир сузился до одного-единственного движения: защитить Эллианну, вывести ее из дворца, не позволить ни одному клинку приблизиться к ней снова. Теперь же слова Серании легли между ними тяжелой преградой, и в этой преграде было нечто гораздо страшнее оружия.

Потому что против меча можно поднять меч. Против долга — нет.

Эллианна увидела, как изменилось его лицо. Не сразу, не резко, а будто что-то внутри него медленно начало ломаться, оставляя внешнюю оболочку почти такой же спокойной. Его взгляд все еще был обращен к ней, но за этим взглядом уже стоял не только мужчина, который говорил о снах у озера Мирай. Там был наследник Солариса, сын Солариарха, человек, которому с детства объясняли, что личное желание никогда не должно становиться выше судьбы мира.

Серания поднялась еще на несколько ступеней. За ее спиной стояли воины Солариса, а ниже, в главном зале, продолжал гудеть испуганный двор. Люди кричали, стража отдавалась приказами, где-то снова скрестились клинки, и все эти звуки складывались в страшное напоминание: выбор Лиора происходил не в тишине.

Он происходил среди рушащегося праздника.

— Лиор, — сказала Серания уже мягче, но именно эта мягкость звучала страшнее приказа. — Если вы сейчас уйдете, Совет решит, что наследник поставил земную женщину выше Эйрилона.

Лиор медленно повернул голову.

— Не называй ее так.