Книга Кровь двух миров, страница 128 – Лия Норд

— Иди, — сказал он. — Раз ты уже решил.

Лиор посмотрел на него так, будто хотел возразить, но не нашел ни одного слова, которое не прозвучало бы ложью.

Каэль не стал ждать. Он резко шагнул к Эллианне и схватил ее за руку. Она попыталась вырваться, еще не понимая, что происходит.

— Что вы делаете?

— То, что должен был сделать с самого начала.

— Отпустите меня!

Он наклонился ближе, и в его голосе впервые не осталось ни приказа, ни холода. Только отчаяние, замаскированное под жесткость.

— Если останетесь здесь, вас убьют.

— А если пойду с вами?

На одно мгновение его взгляд дрогнул.

— Тогда, возможно, возненавидите меня позже.

Она хотела ответить, но в этот момент весь дворец содрогнулся снова. На этот раз гораздо сильнее.

Световые сферы под куполом одна за другой вспыхнули и погасли, белый мрамор покрылся тонкими светящимися трещинами, а из глубины Разломного зала поднялся холодный ветер, от которого у всех присутствующих одновременно дрогнули крылья.

Эллианна почувствовала этот ветер первой.

Он был знакомым. Невозможным. Земным.

В нем пахло дождем, мокрым асфальтом и тем самым одиночеством, которое когда-то ждало ее в собственной квартире после развода.

Лиор тоже почувствовал. Он сделал шаг к ней. Поздно.

Каэль уже держал ее за руку.

И где-то за их спинами, в глубине открытого прохода, начал раскрываться Разлом.

Разлом раскрывался не как дверь. Скорее как рана.

Воздух в глубине коридора дрогнул, потемнел и начал расходиться неровными черными краями, за которыми не было ни света, ни стены, ни привычной глубины пространства. Там клубилась чужая тьма, живая и беспокойная, и из нее тянуло таким холодом, что серебристые листья на ближайших деревьях мгновенно покрылись тонким инеем.

Эллианна смотрела на него и не могла пошевелиться.

Это был не тот Разлом, через который она впервые попала в Эйрилон. Тот казался страшным, но почти случайным, рожденным болью, отчаянием и чем-то, что она не могла тогда объяснить. Этот же был другим. Его открыли намеренно. Грубо. Насильственно. Он не звал — он тянул, будто хотел забрать в себя все, что окажется слишком близко.

Каэль почувствовал, как ее пальцы похолодели в его ладони, и сжал их крепче.

— Не смотрите туда.

Она едва слышно выдохнула.

— Я уже видела такое.

— Нет.

Он не отрывал взгляда от Разлома.

— Такое — нет.

Лиор сделал шаг к ним, но в этот же миг голос Солариарха снова прокатился по дворцу, властный и тяжелый, требующий его присутствия там, где решалась судьба Дома Соларис. Лиор остановился так резко, словно невидимая цепь удержала его на месте.

Эллианна увидела это. И поняла все раньше, чем он успел что-либо сказать. Она больше не ждала его шага.

Может быть, потом, когда боль станет тише, она сможет признать, что он не предал ее. Что он действительно оказался между ней и целым миром. Что ни один выбор в эту ночь не мог быть чистым. Но сейчас она видела только одно.

Он остался.

А Каэль, которого она не знала, которому не верила и которого, возможно, уже начинала ненавидеть, держал ее за руку так, словно единственным смыслом этого разрушенного вечера стало не позволить ей умереть.

— Лиор, — сказала Серания.

В ее голосе не было торжества. Только напряжение.

Но Эллианна вдруг почувствовала: именно этого мгновения Серания ждала. Не нападения, не крови, не Разлома — а того страшного мгновения, когда Лиор будет вынужден выбрать не сердцем.