Книга Кровь двух миров, страница 130 – Лия Норд

Ее сердце сжалось, и одна и та же мысль, раскалываясь надвое, снова и снова билась внутри: Лиор не успел или не выбрал. Она не знала, какой ответ был правдой, но сейчас оба ранили одинаково.

Каэль резко притянул ее ближе, и его крылья раскрылись вокруг нее, заслоняя от чего-то, что она не могла увидеть, но почувствовала всем телом. По темно-серебристым перьям пробежала волна света, мгновенно погасшая во тьме, и Эллианна вдруг поняла, что Разлом причиняет боль не только ей.

— Не отпускайте, — донесся его голос, глухой, словно проходивший через воду.

Она хотела ответить, что это он держит ее слишком крепко и что она уже не смогла бы никуда деться, даже если бы захотела, но слова не появились. Разлом снова дернул их куда-то вниз и вверх одновременно, в сторону и внутрь самой тьмы, где все направления перестали иметь значение, а мир превратился в череду вспышек, чужих голосов и обрывков воспоминаний.

Земля не приблизилась плавно. Она ударила сначала звуком: резким шумом машин где-то совсем рядом, человеческими голосами, далеким лаем собаки и глухим рокотом города, который Эллианна когда-то знала до каждой трещины в асфальте, а теперь вдруг почувствовала почти чужим. Потом пришел запах мокрого бетона, бензина, ночной пыли и дождя, оставшегося в воздухе после недавней грозы. И только затем пришла боль.

Она упала на колени и едва не ударилась лицом о землю, но Каэль успел удержать ее за талию, принимая большую часть падения на себя. Разлом за их спинами схлопнулся с глухим, почти живым стоном, и там, где еще мгновение назад зияла черная рана, осталась обычная темная стена между двумя домами, мокрая от дождя и тускло освещенная ближайшим фонарем.

Несколько секунд Эллианна не могла пошевелиться. Она стояла на коленях на холодном асфальте, все еще сжимая руку Каэля, и смотрела перед собой, не узнавая место только потому, что слишком хорошо его знала. Это был ее двор, тот самый, через который она столько раз проходила, возвращаясь с работы с пакетом продуктов, усталостью в плечах и привычной мыслью, что дома ее снова ждет тишина. Теперь эта тишина казалась невозможной роскошью.

Каэль тяжело дышал рядом. Он не сразу поднялся, одной рукой все еще удерживая ее, другой опираясь о мокрый асфальт, и только тогда Эллианна увидела кровь на его плече. Темное пятно расползалось по черной ткани, смешиваясь с дождевой влагой, но он, кажется, даже не замечал раны, потому что его взгляд был прикован к стене, где закрылся Разлом.

Словно он ждал, что проход откроется снова. Что за ними появятся люди в серебристых масках. Или Лиор. Но стена оставалась стеной: обычной, глухой, земной.

Эллианна медленно высвободила руку из его пальцев. Каэль почувствовал это сразу, но не попытался удержать, и именно это почему-то оказалось последней каплей. Она поднялась на ноги, покачнулась, оперлась ладонью о влажную кирпичную стену и только потом повернулась к нему.

— Вы все знали.

Голос прозвучал хрипло, совсем не так, как она хотела.

Каэль медленно поднялся. В свете фонаря он выглядел не частью ее мира, а ошибкой, которую реальность пока не успела исправить: высокий, темный, с расправленными четырьмя крыльями, слишком огромными для узкого двора между домами, с мечом в руке и кровью на плече. Он казался существом из сна, которое оказалось страшнее именно потому, что было настоящим.